Добрый вечер, Северин!
Доброе утро FDS.
Единственное о чем не могу не заметить, так это о том, что мне не первый раз попадается версия о коварном Гитлере и доверчивом Сталине, и я ничего не могу с собой и с этим поделать, но она меня просто умиляет.
Я надеюсь, Вы не воспримете это как обиду, но нельзя одновременно считать Сталина, если и не великим, то по крайней мере достойным вождем, а именно так я понимаю Вашу фразу: Но, что характерно, в самые трудные и фатальные для России времена Ее возглавлял выходец с Кавказа, - тоже, скорее всего, не случайно, в таких случая, как мне кажется, Природа очень разборчива и одновременно приписывать ему такую детскую доверчивость.
Вот мой развернутый ответ на ваш вопрос, который, может, и Госпоже Нике будет интересен, рожденной 9 мая в день Великой Победы и названной в честь Нее и богини Ники.
Северин, не знаю, в каких моих словах вы уловили, что якобы Сталин доверял Гитлеру, или вы опять же вложили свой смысл в мои слова (по крайней мере, вы их не процитировали). Но это не беда, да и я наивен по-детски по жизни… И все же вот, как ни странно, где-то Сталин испытывал расположение к Гитлеру, даже, н.м.в., можно сказать доверие. В расположении противников есть что-то мазохистское, жертвенное, даже некая симпатия. Не смотря на всю крутизну Сталина, он где-то был жертвенной фигурой. Я как-то это внутренне чувствую за Сталиным. Тем более Гитлер был не доступен его власти и представлял угрозу. А Гитлер вообще очень располагал к себе людей лично, своей искренностью, честностью, героизмом, многими положительными и выдающимися качествами, и не случайно за ним пошла почти вся Германия, поверив в него, обаятельного гада (человек же неоднозначен, зачастую наряду с положительными качествами в нем имеются и отрицательные, и эти качества в разной степени сильны и проявление их зависит от различных условий)… А Сталин, н.м.в., наоборот, как раз был в высшей степени недоверчивым, подозрительным, это было, я бы сказал, его коньком, не доверять, постоянно проверять, делать уловки, интриговать, и т.п. (похожее воспитывается в тюрьмах). А многие большевики прошли через это, тот же Ленин – мастер конспирации, подпольной деятельности, обмана сыска, все это воспитывало в том ключе, что никому нельзя доверять, даже себе. Все это и Сталин принес с собой в большую политику. И все же люди не смотря ни на что все равно склонны искать дружбы и доверия. Да и сам Сталин, несмотря на всю его изощренность, где-то внушал доверие, я бы даже сказал, от него веяло простотой, добротой, заботой. Он тоже располагал людей к себе лично. Не случайно он удостаивался и многих эпитетов вроде «Отца отечества, народов». Да и вышел из края отцов и дедов, где культ их достаточно высок.
Да и такие одинокие люди на вершине власти тоже нуждаются в тех, кому они могли бы доверять, несмотря на то, что все наперебой уверяли Сталина в своей преданности и любви. Отношения Сталина и Гитлера и похожи на отношения со своим альтер-эго. Они где-то друг в друге видели себя и одновременно противоположность, да и разность. Поэтому, почему бы не доверять где-то Гитлеру, как себе, как где-то сравнимому по значению. Гитлером он восхищался как вождем, брал где-то пример с него, завидовал его успехам. Но не доверял, конечно, до конца. После нападения и дальнейшего хода войны, его отношение к нему переросло в презрение.
Сталин заключил соглашение о ненападении, и это дало ему возможность усилить военную мощь страны, что он явно и обозначил в своих речах. Так что, о каком доверии может идти речь, когда после заключенного договора, стороны наращивают вооружение, стараясь обогнать друг друга в готовности к войне.
Сталин рассчитывал, что Гитлер не нападет из-за того, что тогда Гитлеру придется воевать на два фронта, а у Германии уже был такой печальный опыт. А так же Сталин все же где-то полагался на заключенное соглашение о ненападении. Его дочь свидетельствовала, что он очень гордился им, чуть ли не как личным достижением, что сумел отодвинуть сроки войны и заключить такой «выгодный» контракт, которой позволил как-то подготовиться стране к войне в долгосрочной перспективе. И вот Сталин уверен в своем расчете, в своей гениальности и непогрешимости, как он все утроил, как опрометчиво уверен и Гитлер, недооценивая СССР (хотя Германия была очень сильна, где-то сильнее СССР). И перед самым началом войны Сталин бездействует, не верит, не хочет верить, и одновременно какими-либо действиями у границы боится спровоцировать Гитлера, когда Сталину уже явно докладывают, что Германия собирается напасть, что она вот-вот нападет. Он все равно не может поверить, что война неизбежна… И вот, когда уже летят самолеты и идут танки, он понимает, что случилось самое страшное, что можно было ожидать. И говорит проср…ли, все проср…ли, что завещал великий Ленин и винит себя, мол, кого учитель оставил… Винит Молотова в соглашении с Германией. И уже готов даже покинуть главный пост как недостойный наследник. Это был где-то и личный крах Сталина, но все же он собирается, оправляется от подавленности, отходит и начинает действовать…
Слабая позиция Сталина, как и у Гитлера, это уверенность в своей правоте. Равно неготовность страны к войне. Боязнь провоцировать Гитлера – в результате выжидательная позиция Сталина, которая привела к неподготовленности к встрече с врагом. Нежелание верить в очевидные факты.
Гитлер переиграл Сталина в краткосрочном периоде, но в долгосрочном проиграл, хотя бы не рассчитав экономический потенциал СССР, но он надеялся быстро завершить войну, и в этом как будто его расчет был верен, провести победоносную войну как в Европе, но война затянулась и он не достиг цели. Удав выдохся на подступах к Москве. Также характерна битва за Сталинград, символическая, переломившая ход войны. Как я говорю в отношении Гитлера и Сталина – плетью обуха не перешибешь.
Но факт остается фактом, страна оказалась не готовой к стремительному, молниеносному нападению Германии. А то, что там думал Сталин, как планировал вести войну и с кем, н.м.в., он и сам до конца не понимал, не определился. Для него врагами были капиталистические державы, но Гитлер еще был большим врагом, а как будто и сотрудник в борьбе с капиталистами, по крайней мере, он мог бы и вместе со Сталиным пойти против капиталистов. Но лук – главное напряжение – было между СССР и Рейхом. В любом случае Сталин наращивал мощь и экономика страны во многом была направлена на производство вооружения. Как и для Гитлера, для Сталина весь капиталистический мир был врагом, СССР находилось как будто во вражеском окружении, поэтому изо всех сил Сталин готовился к войне. Вот мирный Бухарин выступал за то, что надо больше производить обуви, но Сталин за то, чтобы больше производить пушек. И как это звучит: больше чугуна и стали – для страны и Сталина. Тоже с Гитлером, СС – стальные сердца, стальные шлемы. Стальной век.
Н.м.в., Сталин не определился, то ли дивизии свои в тыл немцам направить, если они будут воевать на западе, то ли вместе с Гитлером воевать против капиталистов. Но он явно предполагал воевать на чужой территории, такая позиция в принципе и пропагандировалась. А тут вдруг такая дерзость, Германия напала без объявления войны и еще нарушив соглашение… Но и Гитлер еще был в некоторой неопределенности, но определился решительно и раньше, опередив Сталина.
Определенность Гитлера звучит в конце монолога, который я привожу, надеясь, что это будет интересно, хоть и по объему он не очень маленький, это и по поводу того, как Сталин доверял Гитлеру в соглашении, здесь они друг друга стоили:
Гитлер: «Современные владыки России совершенно не помышляют о заключении честного союза с Германией, а тем более о его выполнении, если бы они его заключили. Нельзя ведь забывать и того факта, что правители современной России это - запятнавшие себя кровью низкие преступники, это - накипь человеческая, которая воспользовалась благоприятным для нее стечением трагических обстоятельств, захватила врасплох громадное государство, произвела дикую кровавую расправу над миллионами передовых интеллигентных людей, фактически истребила интеллигенцию и теперь, вот уже скоро десять лет, осуществляет самую жестокую тиранию, какую когда-либо только знала история. Нельзя далее забывать и то обстоятельство, что эти владыки являются выходцами из того народа, черты которого представляют смесь зверской жестокости и непостижимой лживости, и что эти господа ныне больше чем когда бы то ни было считают себя призванными осчастливить весь мир своим кровавым господством. Ни на минуту нельзя забыть того, что интернациональное еврейство, ныне полностью держащее в своих руках всю Россию, видит в Германии не союзника, а страну, предназначенную понести тот же жребий. Кто же заключает союз с таким партнером, единственный интерес которого сводится только к тому, чтобы уничтожить другого партнера? И кто, прежде всего, спрашиваем мы, заключает союз с субъектами, для которых святость договоров - пустой звук, ибо субъекты эти ничего общего не имеют с честью и истиной, а являются на этом свете только представителями лжи, обмана, воровства, грабежа, разбоя. Тот человек, который вздумал бы заключить союзы с паразитами, был бы похож на дерево, которое заключает «союз» с сухоткой».
Германия также не избавлена от той опасности, жертвой которой пала в свое время Россия. Только буржуазные простаки способны думать, будто большевизм в Германии уже сокрушен. Эти поверхностные люди совершенно не понимают того, что тут дело идет о напоре со стороны евреев, стремящихся к мировому господству, и что этот натиск евреев столь же натурален, как натиск англосаксонской нации, которая в свою очередь тоже стремится к полному господству на земле. Англосаксы ведут эту борьбу на тех путях и теми средствами, которые свойственны им, а еврей ведет эту борьбу тем оружием, которое свойственно ему. Евреи идут своей дорогой. Они втираются в среду других народов, разлагают их изнутри; евреи борются ложью, клеветой, ядом и разложением, а когда наступит момент, они поднимают свою борьбу на «высшую» ступень и переходят к прямому кровавому истреблению ненавистного противника. Русский большевизм есть только новая, свойственная XX веку попытка евреев достигнуть мирового господства. В другие исторические периоды то же стремление евреев облекалось только в другую форму.
Стремления евреев слишком тесно связаны со всем характером этого народа. Никакой другой народ тоже добровольно не откажется от своего распространения на земле и от увеличения своей власти; только внешние обстоятельства могут его к этому принудить, или только вследствие импотентности, появляющейся, когда данный народ устареет, бывают такие явления (прим. ред. ну вот это показательно об якобы импотентности Гитлера, просто его энергия либидо была направлена в другое русло). Ну, а тем более евреи никогда добровольно не откажутся от своих стремлений к мировой диктатуре, и никогда они не пойдут в этом отношении на самоограничение. Вот почему несомненно, что евреи пойдут по своему ужасному пути и дальше - вплоть до того момента, когда найдется другая достаточно большая сила, которая сумеет схватиться в жестокой борьбе с еврейством и раз навсегда отправить этих богоборцев в преисподнюю (прим. ред. вот и нарисовалась на небосклоне еще более жестокая сила, молния, готовая поразить зло злом иного порядка). Ближайшей приманкой для большевизма в нынешнее время как раз и является Германия. Чтобы еще раз вырвать наш народ из змеиных объятий интернационального еврейства, нужно, чтобы наша молодая идея сумела разбудить все силы нации и внушить ей сознание великой миссии, ожидающей нас. Только в этом случае мы сможем спасти свой народ от окончательного заражения нашей крови. Только тогда мы сумеем пробудить те силы, которые надолго дадут нам гарантию против повторения постигших нас катастроф. В свете таких целей чистейшим безумием было бы вступать в союз с державой, во главе которой стоят смертельные враги всей нашей будущности. Как в самом деле можем мы освободить наш собственный народ от этих ядовитых объятий, если мы сами полезем в эти объятия. Как в самом деле можем мы освободить немецких рабочих от большевистских влияний, как можем мы убедить их в том, что большевизм есть проклятие и преступление против всего человечества, если бы мы сами стали вступать в союз с большевистскими организациями, этим исчадием ада, и тем самым в основном признали бы эти организации. Как в самом деле стали бы мы потом осуждать рядового человека из массы за его симпатии к большевистским взглядам, если бы руководители нашего государства сами избрали себе в качестве союзников представителей большевистского мировоззрения. Чтобы провести успешную борьбу против еврейских попыток большевизации всего мира, мы должны прежде всего занять ясную позицию по отношению к Советской России. Нельзя побороть дьявола с помощью Вельзевула.
Но никогда мы не делали старой Германии упрека за то, что она отказалась продолжать хорошие отношения с Россией. Я признаюсь открыто, что уже в довоенное время я считал, что Германия поступила бы гораздо более правильно, если бы, отказавшись от бессмысленной колониальной политики, от создания военного флота и усиления своей мировой торговли, она вступила в союз с Англией против России. Если бы мы вовремя сумели отказаться от попыток завоевать себе универсальное влияние и сосредоточились на энергичной политике завоевания новых земель на европейском континенте, это принесло бы нам только пользу. Я не забываю всех наглых угроз, которыми смела систематически осыпать Германию панславистская Россия. Я не забываю многократных пробных мобилизаций, к которым Россия прибегала с единственной целью ущемления Германии. Я не могу забыть настроений, которые господствовали в России уже до войны, и тех ожесточенных нападок на наш народ, в которых изощрялась русская большая пресса, восторженно относившаяся к Франции.
Однако перед самым началом войны у нас все-таки была еще вторая дорога: можно было опереться на Россию против Англии. Ныне же положение вещей в корне изменилось. Если перед мировой войной мы могли подавить в себе чувство обиды против России и все же пойти с ней против Англии, то теперь об этом не может быть и речи. Стрелка на циферблате истории продвинулась уже куда дальше. Близится час, когда судьбы нашего народа так или иначе должны окончательно разрешиться…».
Тройной кульбит насилия. «Цель НАСДАП, как неустанно будет повторять Гитлер, «формулируется абсолютно коротко: уничтожение и истребление марксистского мировоззрения», а именно – путем пропаганды и просвещения, а также с помощью движения, обладающего «беспощадной силой и свирепой решимостью, готового противопоставить террору марксизма в десятки раз больший террор».
P. S. Ну вот Гитлер тоже осчастливил мир своим господством, превосходящим и евреев и коммунистов по жестокости, решил еще большей силой зла бороться против зла. В общем, какой-то неразрешимый узел насилия, который и разрешила война.
В конце Гитлер заявил, что русские и немцы имели ранее нормальные отношения, и во всем виноваты евреи, что они поссорили нас (ну, как всегда – с долей иронии). Но, это уже так, к слову…
Гитлер-мазохист стремился к смерти, ничто. Он был открыт ничто, бездне… Шел по краю бездны и его война – это бросок в бездну, это прямое стремление к катастрофе. Он открыто объявил войну всему миру. Ну и понятно, что если весь мир поднавалиться, то такого выскочку победит, но он думал иначе, точнее, не думал, а действовал. В своей авантюристской уверенности он не рассчитал силы перед броском на СССР, недооценил противника, хотя как его можно было и оценить адекватно, если пропагандировалось всякое унижение его, идеи низшей расы и т.п., что русские – чуть ли не убогие неандертальцы. На войне немцы немного прозрели, но было уже поздно. И все получило свой закономерный итог.
Перед войной с СССР гитлеровская Германия, точно питон, точно кобра изготовилась к прыжку… Перед этим Гитлер совершал кульбиты, завораживающий танец колец в Европе… Бездейственность Сталина можно сравнить с притаившимся тигром в дебрях джунглей. Понятно, что перед большой змеей, вставшей и распустившей капюшон, он замер, ибо любой знает, что лучше оставаться на месте и не провоцировать хищника, ибо любое неосторожное движение, рукой, к примеру, приведет к немедленному броску. Поэтому Сталин и бездействовал, когда все ему уже открытым текстом сообщали, что Гитлер готовится к нападению, что он нападет… Он ждал, надеясь, что своим бездействием он не спровоцирует хищника и тот все же не нападет, он верил до конца в это. Это где-то естественно в мире животных (и в мире суперживотных, сверхживотных). Но Гитлер все равно напал…
Общие, глобальные признаки того, что именно Гитлер нападет, которые проглядел (немного неотесанный) Сталин-колода, что говорит о недостаточности его понимания общей картины происходящего, хотя, конечно, судить и анализировать уже после того, как все случилось, легче:
1. Идеология Гитлера, его существо – агрессивное нападение, характер, манера – идти напролом. Общевойсковая направленность – нападение, а не оборона, танковые клинья, блицкриги. По гороскопу Гитлер – овен, привыкший идти напролом. Он и в войне отличался тем, что не искал хитрых, окружных путей, а всегда шел напрямую, насилу, брал упорством.
2. Базовые идеи – господство касты высших, элиты, а обычно такие не защищаются и в силу своего превосходства нападают, задирают, испытывают силу других. В отличие от славянского менталитета, направленного не на агрессию и покорение, а на защиту, немцы исторически более ориентированы на экспансию, на захват территорий.
3. Ранние идеи Гитлера, проходящие красной нитью через всю его политику, обозначенные в «Моей борьбе» - завоевание жизненного пространства для немецкого народа на Востоке и повышение экономического потенциала. Война на Востоке в случае победы была бы, по словам Гитлера, доказательством верности его расовой теории (и стоило столько народу уложить, чтобы доказывать утопичность и ошибочность теорий с обеих сторон!).
4. Завоевание Европы, вкус крови, кураж победы, ослепление успехом.
5. Фильм «Александр Невский» - как исторический знак, знак судьбы, культовый фильм, где явно показано, что русские воюют с немцами. Фильм, появившейся как раз в преддверии войны, как предчувствие, как провидение… режиссеров, сценаристов, – пророков, уловивших потаенную, подспудную музыку истории. Хотя активная подготовка к войне лежала и на поверхности двух стран. И как говорится в фильме заключительная фраза: «Кто к нам с мечом придет, тот от меча и погибнет».
Вывод: Сталин плохо знал, плохо понимал базовые идеи Гитлера и его политики, иначе он бы предвидел нападение и готовился бы к нему, а не к чему-то другому…
Да, Сталин много заблуждался, много ошибался, тупил порой, но все же на роль вождя в тех сложившихся, сложных условиях он подходил лучше всех. Даже не просто своими умениями выдающегося политика, но как пример личной невероятной силы характера. Понятно, что на утопическом, ложном учении правильной и политики не построишь, отсюда и все перегибы и многое-многое зло, связанное с репрессиями, диктатом, порождением Гитлера как своего альтер-эго и т.п. Одно оправдывало как будто, что строили справедливый мир для всех, мир «равенства, братства» и т.п. Только основываясь на «научном марксизме» и насильственными, преступными методами, покрывая недочеты теории насилием. По этому и вождь такой получился, по сути ложный, как основывающий свою власть на ложном учении. У Сталина и один из главных грехов был – обман. Да и сам он плохо, видимо, разбирался в теории, будучи практиком, но знал твердо, что его власть основывается на марксизме-ленинизме, что благодаря этому учению он ее приобрел и возвысился. А потому он зорко следил, чтобы все разделяли это учение и карал за малейшие прегрешения. А так он хорошо подходил для своей роли вождя в сложившихся условиях.
, ну а если далеко, то уж в Альпах то всяко сможете.
