продолжение истории
Амазонки
часть 2
С самого первого дня мы не сомневались в том, что рано или поздно выберемся отсюда. Мы считали, что как-только вернем себе оружие, так поквитаемся с амазонками за причиненные обиды. Каторжник с отрезанным ухом каждую ночь рассказывал, что сделает с предводительницей. Его звали Кано и от его жестоких рассказов нам становилось не по себе.
Он представлял как будет ей вырезать глаза во время минета, как сломает ей руки и ноги, как отрежет ей клитор и заставит проглотить.
Можно сказать, что в своем стремлении выбраться и поквитаться мы были едины, даже с таким головорезом как Кано. Однако это единство оказалось недолговечным...
Мы думали не только о том, как нам выбраться из плена, перед нами стояла так же задача добраться домой, а сделать это в условиях открытого океана не так уж и просто. Наш штурман говорил, что если мы отплывем ночью при хорошей погоде, то сможем двигаться на юг от полярной звезды и к утру уже можем достичь континента. Что касалось каторжников, то всем им мы обещали свободу, а мой дядя, ещё и в придачу к ней пообещал каждому из них денежное вознаграждение. В общем, этот план нас устраивал и мы просчитывали варианты побега.
Это всё продолжалось до тех пор, пока амазонки не решили вознаграждать кунилингусом нас за прилежный труд и мастурбировать при этом. Больше всех в этом деле преуспели каторжники. Они с удовольствием лизали их киски и извергали семя на радость другим амазонкам, которым всё больше и больше нравилось смотреть за тем, как они мастурбируют.
В лице этих женщин каторжники, обладавшие от рождения рабской природой, нашли своих новых хозяев. Они славно трудились и позировали перед женщинами, играя своими мускулами и не стесняясь демонстрировали им свои эрегированные пенисы. В отличие от них мы не могли так интенсивно работать, наши тела были бледнее, а мускулы меньше и амазонки смотрели на нас с презрением.
День за днем мы отдалялись с каторжниками друг от друга, иногда они применяли к нам силу, а в одну из ночей каторжники сговорились и скрутили надсмотрщика, который хлестал их кнутом, пока они сидели в кандалах на галере.
- Если ты пикнешь или поднимешь шум, я сверну твою шею, - прошептал ему в ухо Кано, закрыв его рот своей ладонью. - Кивни, если понял, что я сказал.
Надсмотрщик кивнул. После чего каторжники поставили его на четвереньки и стянули с него штаны. Кано подошел к нему спереди, держа в руке свой огромный член.
- Ты же не хочешь, чтобы тебе было больно?
Надсмотрщик умоляюще замотал головой.
- Тогда ты должен хорошенько смазать эту штуку своими слюнями, - сказал Кано и ткнул ему головку своего члена в губы. Надсмотрщик сморщился.
- Я могу насухую, но поверь, я не такой жестокий как ты, - сказал Кано, оглаживая его по голове.
Надсмотрщик нехотя приоткрыл рот и Кано затолкал ему туда часть своего пениса. После чего каторжник поднял голову к небу и блаженно выдохнул. Он положил руки на затылок надсмотрщика и начал плавно двигать тазом, с каждым движением вводя член всё глубже и глубже, невзирая на его рвотные позывы, пока наконец не затолкал ему в глотку весь свой огромный фаллос. Надсмотрщик судорожно хватался руками за его зад и пытался вздохнуть, а Кано вдавил его голову в свой лобок с такой силой, что казалось он её вот вот раздавит.
Наконец, Кано вытащил свой орган из его рта, вслед за пенисом потянулась вереница густых слюней, он был весь покрыт ими.
Кано подошел к его заду, плюнул на анус и положил свои огромные руки на его ягодицы. Большими пальцами он размазывал свои слюни по сфинктеру, после чего ввел их в анальное отверстие и раздвинул его, чтобы затем просунуть туда свой член. Надсмотрщик сквозь зубы постанывал. Пока Кано имел его в зад, другой каторжник пристроился к его рту. Остальные каторжники готовили к делу свои члены, злобно поглядывая на нас. Мы ничем не могли помочь этому бедолаге и лишь надеялись на то, что нас они не тронут.
Закончив, Кано вытащил член из его задницы и снова поднес к его рту.
- Ты его испачкал, ты его и должен облизать.
Надсмотрщик послушно исполнил его приказание. Всю ночь он ублажал каторжников. На следующий день этот могучий человек боялся взглянуть нам в глаза, его взгляд был пустой и рассеянный, словно из него вынули душу.
День начался как обычно, - каторжники снова во славу трудились, но когда дело дошло до вечерних сладострастных утех, амазонки собрались напротив нас и потребовали объяснений. Оказалось, что одна из амазонок всю ночь наблюдала за нами и рассказала обо всем предводительнице.
- Как вы посмели осквернить своим похабным соитием наш священный остров! - обратилась сквозь зубы к нам предводительница. К ней подошла одна из амазонок и что-то сказала, указав на Кано.
- Это ты всё затеял? Тебе мало одного отрезанного уха?!
- Но госпожа! Прошу вас, выслушайте! - взмолился перед ней на коленях Кано. - Я это сделал ради вас!
Амазонки взглянули на него с удивлением.
- Они решили сбежать с острова и подговаривали остальных! - кричал Кано, тыкая пальцем в нашу сторону. Предводительница смотрела на него вопросительно и с легким недоумением.
- А ещё они хотели осквернить вас! Он! - закричал каторжник, указав трясущимся пальцем на надсмотрщика, - Он хотел осквернить вас! Он хотел вырезать ваши глаза и сломать ваши руки!
Несмотря на то, что с надсмотрщиком сделали прошлой ночью, даже он пришел в недоумение от такой гнусной лжи и вопросительно посмотрел на Кано.
- Если бы я не сделал этого, он бы не отказался от своих намерений! Я это сделал ради вас, моя повелительница!
В этот день утех не было. Амазонки ушли в задумчивости и о чем-то разговаривали. Затем мы увидели как они собрались вокруг той амазонки, которая подсматривала за нами и с большим любопытством слушали её рассказ, который она живо иллюстрировала своими телодвижениями.
Следующий день начался очень напряженно. Амазонки не улыбались как прежде, а смотрели на нас с недоверием. Весь день мы носили пальмовые листья и вязали из них навесы, вечером нас покормили и мы легли спать, но сон наш оказался недолгим. Трое амазонок подошли к ограде и поинтересовались, не собираемся ли мы наказать ещё одного предателя. Мы были все так напряжены, что даже каторжники сказали, что все вели себя хорошо и нет причин никого наказывать. Разочарованные амазонки ушли обратно.
На следующую ночь их пришло уже пятеро и на этот раз они сказали, что надсмотрщик плохо работал и его не помешало бы наказать. Мы понимали к чему это приведет и своим видом дали понять каторжникам, что не дадим надсмотрщика снова в обиду и готовы драться до конца. Кано пришлось объяснить девушкам, что этого повода недостаточно для такого наказания и раздосадованные амазонки снова оставили нас в покое.
Возможно на этом бы всё и кончилось, но следующей ночью к нам пришла сама предводительница. Она была одна и нам не составляло никакого труда захватить её в заложники. Мы переглянулись и поняли друг друга.
- Не подходите ближе, госпожа! Умоляю вас! - закричал Кано, - Вам грозит опасность!
Но амазонка продолжила идти вперед.
- Как ты посмел унизить меня настолько, что решил, что вы можете мне угрожать?! - надменным тоном осадила его предводительница. - Жалкие создания! Какой вред вы мне можете причинить?
Амазонка продолжала идти вперед. Каторжники взглянули на моего дядю, который одобрительно кивнул, и набросились на неё. Однако успех был не на их стороне. Один за другим пятеро каторжников упали замертво. Предводительница двигалась так проворно, что никто из них даже не сумел её задеть. После схватки, её руки и лицо были забрызганы их кровью, к кинжалу прилипли остатки плоти. Остальные каторжники стали на колени и опустили головы.
- Это всё он! Это он затеял! - закричал Кано, указав на моего дядю. - Он хотел вас пленить и издеваться над вами!
Амазонка взглянула на каторжников и прочитала в их лицах согласие со словами Кано. Они с неодобрением смотрели в нашу сторону, считая нас виновниками этой ситуации.
К тому времени, на шум сбежались остальные амазонки. Они злобно смотрели на нас и ждали сигнала от своей предводительницы, чтобы разорвать нас на части.
- А я тебе говорила, что ты умен! Не зря я тебе сделала эту отметину! - обратилась к нему амазонка. - Предав своих друзей ты рисковал жизнью, ведь по законам чести, они должны тебя убить!
- Госпожа, я это сделал ради вас!
- Но они не могут тебя убить, потому как у них нет оружия, поэтому за них это сделаю я!
Резким движением амазонка перерезала его горло. Кано выпучил глаза, захрипел и завалился на бок. Из его рта и горла потекла вспенившаяся кровь.
- Вы все видели как я справедлива и милосердна! - обратилась к нам предводительница. - Но мое милосердие не отменяет вашей вины. Однако, так как я справедлива, то я позволяю вам наказать ваших виновников вашим способом! Завтра вы приведете наказание в исполнение!
В число виновников попали мой дядя, штурман, надсмотрщик и я, при этом, каторжников пощадили и позволили им побыть нашими палачами.
Для меня эта ночь стала самой тяжелой в моей жизни...
Как будто не сочиняете, а пересказываете! Очень реалистично....
