Андре Моруа - Кукушка
Вот нарыл в недрах своего копьютера сей рассказ...Мне он очень нравится! Отлично поднимает настроение!
P.S. Перевод с французского мой...))))
Андре Моруа
«Кукушка»
Однажды вечером, когда до нового года оставалось чуть больше недели, я получил письмо от моего старого друга генерала Брамбля. Он просил меня провести новогодние праздники в их имении за городом: «В этом году я приглашаю только моего свояка, Лорда Тюллока, и мою свояченицу; время, проведенное у нас, не будет самым веселым в вашей жизни, и я заранее за это извиняюсь; но если вы не боитесь ни одиночества, ни английской зимы, мы будем счастливы снова встретиться с вами и вспомнить старые добрые времена.»
Я знал, что мои друзья пережили в этом году ужасную потерю: их восемнадцатилетняя дочь погибла, упав с лошади во время охоты. Генерал Брамбль и его жена мне нравились, я им сочувствовал и хотел с ними повидаться, поэтому я принял их приглашение.
Лорд и Леди Тюллок поначалу немного меня пугали, но с тех пор, как я лучше узнал их, я был рад встрече с ними. Генерал Брамбль может в течение нескольких часов оставаться почти неподвижным, сидя у камина, куря свою трубку и не говоря ни слова. Миссис Брамбль обычно вышивает или занимается домашними делами, тоже молча. Лорд Тюллок - приятный собеседник, так как раньше он был послом. Он побывал во многих странах и, что удивительно, казалось, что он их видел; его жена обладала некрасивой, но полной грации внешностью, и была небогато одета, что ей очень шло.
Лицо миссис Брамбль хранило следы слез, от которых у нее под глазами образовались небольшие морщинки, но она ни слова не сказала мне о своем горе. Лишь в день моего приезда, когда я поднимался в свою комнату, она внезапно остановилась перед дверью в комнату, предшествующую моей, сказала: «Это была ее комната» и отвернулась.
В сочельник, вечером, мы сидели в библиотеке; в камине трещали поленья; просторная комната была освещена лишь свечами; сквозь окна, состоящие из красных квадратов, обрамленных свинцовыми рамками, можно было увидеть купающийся в лунном свете сад, на который медленно опускался парящий в воздухе снег. Генерал молча курил свою трубку; миссис Брамбль вышивала; Лорд Тюллок рассказывал о новогодней ночи:
- Уже больше пятидесяти лет, - говорил он, - старые крестьяне в моем графстве верят, что в эту ночь животные говорят человеческим языком. Я помню, что в детстве слышал от своей няни историю одного слуги, который был очень недоверчивым и, чтобы проверить легенду, спрятался в новогоднюю ночь в конюшне. Ровно в полночь, с первым ударом часов, он увидел, как одна лошадь повернула голову к другой:
- Да, придется нам поработать через восемь дней, придется... - сказала одна.
- Да, - ответила вторая, - этот слуга тяжелый.
- Он тяжелый, - повторила первая, - и подъем к кладбищу долгий.
А через восемь дней этот слуга умер.
- Фуф! - присвистнул генерал. - А ваша кормилица действительно знала этого человека?
- Да; это был ее брат...
Некоторое время Лорд Тюллок молчал; я смотрел на потрескивающие языки пламени в камине, развевающиеся, словно знамена на ветру. Генерал Брамбль не шевелился. Игла миссис Брамбль выводила красивые длинные узоры ярких цветов.
- В Швеции, - заговорил наконец Лорд Тюллок, - я часто видел, как крестьяне из Далекарли* готовили ужин для духов умерших. Там, в новогоднюю ночь, мертвые возвращаются в дома, в которых жили. Крестьяне, перед тем, как идти спать, разводят огонь в камине, ставят новые свечи, накрывают стол чистой скатертью, вытирают мебель и уходят в свои комнаты. На следующее утро крестьяне находят на столах комья земли; тарелки и чашки оказываются передвинуты, а в воздухе витает странный запах...
- Ну и ну! - тихо произнес генерал...
Мне показалось, что Лорд Тюллок вел себя нетактично. Я взглянул на миссис Брамбль; она казалась спокойной, но мне захотелось сменить тему разговора.
- А моя точка зрения на новый год ближе к точке зрения Шекспира. Помните?
And then, they say, no spirit dare stir abroad,
The nights are wholesome; then no plaints strike,
No fairy takes, nor witch has power to charm.
- Ну мы-то знаем, что тут Шекспир ошибался, - сказала серьезным тоном Леди Тюллок... - Эдвард, дорогой, не хочешь ли ты рассказать всем о том, что случилось в Тюллок-Касл*?
- Я буду рад об этом услышать, - сказал я.
- Well, - начал Лорд Тюллок, - ровно пять лет назад, в новогодний вечер 1920 года, у меня сильно болела голова. Погода стояла прекрасная, было холодно и сухо, и ближе к полуночи я решил прогуляться и вышел из дома. Подойдя к ограде парка, я свернул на небольшую тропинку, по обеим сторонам которой располагалась высокая живая изгородь, ярко освещенная луной. Пройдя по этой тропинке около полумили, я заметил вдалеке темную полосу на белом снегу, пересекающую дорогу. Приблизившись, я с удивлением заметил, что это была кровь. Я начал искать, откуда шел этот след, и обнаружил, что изгородь в этом месте образовывала входящий угол, и что в этом углу на земле неподвижно лежал человек. Я присмотрелся и внезапно понял, что это был труп. Испуганный, я прибежал домой и позвал своих слуг. Одних я послал позвать полицию, другим приказал взять факелы и идти за мной. Мы пошли по той же тропинке и шли довольно долго, даже слишком долго, как мне казалось, но ничего не увидели. Напрасно я искал кровавый след - он исчез. Наконец, пройдя по меньшей мере две мили, я сказал слугам: «Это невозможно; я не мог зайти так далеко; должно быть, мы пропустили это место; вернемся.» Мы вернулись. «Ищите лучше,» сказал я... «Это место легко найти: там изгородь образует угол.» Но никто из слуг не мог вспомнить описанное мною место. Мы снова пошли вдоль изгороди, и на протяжении всего нашего пути она была прямой.
Лорд Тюллок внезапно прервал свой рассказ. За окном неторопливо падал снег. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь треском огня.
- Может быть, у вас были галлюцинации? - спросил я.
Генерал повернул ко мне голову, но ничего не сказал.
- Я думал так долгое время, - ответил Лорд, - потому что напрасно потревожил полицию, соседей, прохожих... В ту ночь не было совершено никакого преступления на дороге к нашему замку; не было никакого несчастного случая... Четыре года прошло с тех пор, я уже верил, что в тот вечер у меня на мгновенье помутился разум, как вдруг я получил письмо от одного моего друга, археолога. Вот что говорилось в том письме: «Дорогой Лорд Тюллок, этим утром, во время проведения мной исследований в Британском Музее, я обнаружил один очень интересный факт, напрямую связанный с той странной историей, которую вы мне рассказали в последний раз, когда я имел удовольствие провести у вас week-end*. Случайно наткнувшись во время моих исследований на старый журнал вашего поместья, я прочитал в нем, что 24 декабря 1820 года в шестистах ярдах от Тюллок-Касл бандитами был убит сэр Джон Лэси, католик. Злодеи прятались в изгороди, которая в те времена образовывала местами углы. В одном из этих углов они и спрятали труп, предварительно обокрав свою жертву. После этого преступления Лорд-Лейтенант графства приказал убрать все углы в ограде, и с тех пор она прямая.»
- Хотела бы я , - сказала Леди Тюллок, - чтобы вы видели радость Эдварда, когда он читал мне это письмо.
- Его можно понять, - с важным видом произнес генерал.
- Да, - повторила миссис Брамбль, - его можно понять.
Я посмотрел на всех с удивлением.
- То есть вы верите, что мертвец вернулся туда через сто лет после своей смерти?
- А вы в это не верите? - взволновано спросил Лорд.
Генерал и миссис Брамбль посмотрели на меня с таким видом, что я сразу же замолчал. Учитывая их состояние, им, возможно, просто хотелось верить во все эти истории. Я встал и спросил разрешения пойти спать.
***
В моей комнате в камине горел огонь. Комната была заполнена прозрачным дымом. Мне не спалось. Я лежал на своей кровати, когда в соседней комнате кукушка прокуковала полночь. Я чувствовал себя усталым, но в то же время по моему телу разливалась приятная истома; у меня было такое чувство, как будто чье-то незримое присутствие принесло в мою комнату интимную атмосферу. Каждый час в соседней комнате пела кукушка, и я слышал ее до рассвета, когда мне наконец удалось уснуть.
Когда на утро я спустился завтракать, миссис Брамбль спросила меня, как я спал.
- Если говорить совсем честно, то я очень мало спал. Но мне это не доставило неудобств, и кукушка составила мне компанию.
- Что??? - воскликнул генерал, - вы слышали кукушку? Вы понимаете, Эдит? - сказал он с усилием, обращаясь к своей жене.
- Ну... да, - ответил я, удивленный тоном генерала.
- Я должна вам кое-что объяснить, - сказала миссис Брамбль, и лицо ее покрылось слезами, - в комнате, соседней с вашей, стоят часы с кукушкой. Моя дочь получила их в подарок в детстве и очень их любила. Она каждый вечер сама их заводила. После ее смерти никто не притрагивался к этим часам, и не притронется. Но вчера... вчера была новогодняя ночь...
*Далекарли - район в Швеции.
*Тюллок-Касл (от английского castle - замок).
*week-end (англ.) - конец недели ( суббота и воскресенье).
Вот нарыл в недрах своего копьютера сей рассказ...Мне он очень нравится! Отлично поднимает настроение!
P.S. Перевод с французского мой...))))
Андре Моруа
«Кукушка»
Однажды вечером, когда до нового года оставалось чуть больше недели, я получил письмо от моего старого друга генерала Брамбля. Он просил меня провести новогодние праздники в их имении за городом: «В этом году я приглашаю только моего свояка, Лорда Тюллока, и мою свояченицу; время, проведенное у нас, не будет самым веселым в вашей жизни, и я заранее за это извиняюсь; но если вы не боитесь ни одиночества, ни английской зимы, мы будем счастливы снова встретиться с вами и вспомнить старые добрые времена.»
Я знал, что мои друзья пережили в этом году ужасную потерю: их восемнадцатилетняя дочь погибла, упав с лошади во время охоты. Генерал Брамбль и его жена мне нравились, я им сочувствовал и хотел с ними повидаться, поэтому я принял их приглашение.
Лорд и Леди Тюллок поначалу немного меня пугали, но с тех пор, как я лучше узнал их, я был рад встрече с ними. Генерал Брамбль может в течение нескольких часов оставаться почти неподвижным, сидя у камина, куря свою трубку и не говоря ни слова. Миссис Брамбль обычно вышивает или занимается домашними делами, тоже молча. Лорд Тюллок - приятный собеседник, так как раньше он был послом. Он побывал во многих странах и, что удивительно, казалось, что он их видел; его жена обладала некрасивой, но полной грации внешностью, и была небогато одета, что ей очень шло.
Лицо миссис Брамбль хранило следы слез, от которых у нее под глазами образовались небольшие морщинки, но она ни слова не сказала мне о своем горе. Лишь в день моего приезда, когда я поднимался в свою комнату, она внезапно остановилась перед дверью в комнату, предшествующую моей, сказала: «Это была ее комната» и отвернулась.
В сочельник, вечером, мы сидели в библиотеке; в камине трещали поленья; просторная комната была освещена лишь свечами; сквозь окна, состоящие из красных квадратов, обрамленных свинцовыми рамками, можно было увидеть купающийся в лунном свете сад, на который медленно опускался парящий в воздухе снег. Генерал молча курил свою трубку; миссис Брамбль вышивала; Лорд Тюллок рассказывал о новогодней ночи:
- Уже больше пятидесяти лет, - говорил он, - старые крестьяне в моем графстве верят, что в эту ночь животные говорят человеческим языком. Я помню, что в детстве слышал от своей няни историю одного слуги, который был очень недоверчивым и, чтобы проверить легенду, спрятался в новогоднюю ночь в конюшне. Ровно в полночь, с первым ударом часов, он увидел, как одна лошадь повернула голову к другой:
- Да, придется нам поработать через восемь дней, придется... - сказала одна.
- Да, - ответила вторая, - этот слуга тяжелый.
- Он тяжелый, - повторила первая, - и подъем к кладбищу долгий.
А через восемь дней этот слуга умер.
- Фуф! - присвистнул генерал. - А ваша кормилица действительно знала этого человека?
- Да; это был ее брат...
Некоторое время Лорд Тюллок молчал; я смотрел на потрескивающие языки пламени в камине, развевающиеся, словно знамена на ветру. Генерал Брамбль не шевелился. Игла миссис Брамбль выводила красивые длинные узоры ярких цветов.
- В Швеции, - заговорил наконец Лорд Тюллок, - я часто видел, как крестьяне из Далекарли* готовили ужин для духов умерших. Там, в новогоднюю ночь, мертвые возвращаются в дома, в которых жили. Крестьяне, перед тем, как идти спать, разводят огонь в камине, ставят новые свечи, накрывают стол чистой скатертью, вытирают мебель и уходят в свои комнаты. На следующее утро крестьяне находят на столах комья земли; тарелки и чашки оказываются передвинуты, а в воздухе витает странный запах...
- Ну и ну! - тихо произнес генерал...
Мне показалось, что Лорд Тюллок вел себя нетактично. Я взглянул на миссис Брамбль; она казалась спокойной, но мне захотелось сменить тему разговора.
- А моя точка зрения на новый год ближе к точке зрения Шекспира. Помните?
And then, they say, no spirit dare stir abroad,
The nights are wholesome; then no plaints strike,
No fairy takes, nor witch has power to charm.
- Ну мы-то знаем, что тут Шекспир ошибался, - сказала серьезным тоном Леди Тюллок... - Эдвард, дорогой, не хочешь ли ты рассказать всем о том, что случилось в Тюллок-Касл*?
- Я буду рад об этом услышать, - сказал я.
- Well, - начал Лорд Тюллок, - ровно пять лет назад, в новогодний вечер 1920 года, у меня сильно болела голова. Погода стояла прекрасная, было холодно и сухо, и ближе к полуночи я решил прогуляться и вышел из дома. Подойдя к ограде парка, я свернул на небольшую тропинку, по обеим сторонам которой располагалась высокая живая изгородь, ярко освещенная луной. Пройдя по этой тропинке около полумили, я заметил вдалеке темную полосу на белом снегу, пересекающую дорогу. Приблизившись, я с удивлением заметил, что это была кровь. Я начал искать, откуда шел этот след, и обнаружил, что изгородь в этом месте образовывала входящий угол, и что в этом углу на земле неподвижно лежал человек. Я присмотрелся и внезапно понял, что это был труп. Испуганный, я прибежал домой и позвал своих слуг. Одних я послал позвать полицию, другим приказал взять факелы и идти за мной. Мы пошли по той же тропинке и шли довольно долго, даже слишком долго, как мне казалось, но ничего не увидели. Напрасно я искал кровавый след - он исчез. Наконец, пройдя по меньшей мере две мили, я сказал слугам: «Это невозможно; я не мог зайти так далеко; должно быть, мы пропустили это место; вернемся.» Мы вернулись. «Ищите лучше,» сказал я... «Это место легко найти: там изгородь образует угол.» Но никто из слуг не мог вспомнить описанное мною место. Мы снова пошли вдоль изгороди, и на протяжении всего нашего пути она была прямой.
Лорд Тюллок внезапно прервал свой рассказ. За окном неторопливо падал снег. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь треском огня.
- Может быть, у вас были галлюцинации? - спросил я.
Генерал повернул ко мне голову, но ничего не сказал.
- Я думал так долгое время, - ответил Лорд, - потому что напрасно потревожил полицию, соседей, прохожих... В ту ночь не было совершено никакого преступления на дороге к нашему замку; не было никакого несчастного случая... Четыре года прошло с тех пор, я уже верил, что в тот вечер у меня на мгновенье помутился разум, как вдруг я получил письмо от одного моего друга, археолога. Вот что говорилось в том письме: «Дорогой Лорд Тюллок, этим утром, во время проведения мной исследований в Британском Музее, я обнаружил один очень интересный факт, напрямую связанный с той странной историей, которую вы мне рассказали в последний раз, когда я имел удовольствие провести у вас week-end*. Случайно наткнувшись во время моих исследований на старый журнал вашего поместья, я прочитал в нем, что 24 декабря 1820 года в шестистах ярдах от Тюллок-Касл бандитами был убит сэр Джон Лэси, католик. Злодеи прятались в изгороди, которая в те времена образовывала местами углы. В одном из этих углов они и спрятали труп, предварительно обокрав свою жертву. После этого преступления Лорд-Лейтенант графства приказал убрать все углы в ограде, и с тех пор она прямая.»
- Хотела бы я , - сказала Леди Тюллок, - чтобы вы видели радость Эдварда, когда он читал мне это письмо.
- Его можно понять, - с важным видом произнес генерал.
- Да, - повторила миссис Брамбль, - его можно понять.
Я посмотрел на всех с удивлением.
- То есть вы верите, что мертвец вернулся туда через сто лет после своей смерти?
- А вы в это не верите? - взволновано спросил Лорд.
Генерал и миссис Брамбль посмотрели на меня с таким видом, что я сразу же замолчал. Учитывая их состояние, им, возможно, просто хотелось верить во все эти истории. Я встал и спросил разрешения пойти спать.
***
В моей комнате в камине горел огонь. Комната была заполнена прозрачным дымом. Мне не спалось. Я лежал на своей кровати, когда в соседней комнате кукушка прокуковала полночь. Я чувствовал себя усталым, но в то же время по моему телу разливалась приятная истома; у меня было такое чувство, как будто чье-то незримое присутствие принесло в мою комнату интимную атмосферу. Каждый час в соседней комнате пела кукушка, и я слышал ее до рассвета, когда мне наконец удалось уснуть.
Когда на утро я спустился завтракать, миссис Брамбль спросила меня, как я спал.
- Если говорить совсем честно, то я очень мало спал. Но мне это не доставило неудобств, и кукушка составила мне компанию.
- Что??? - воскликнул генерал, - вы слышали кукушку? Вы понимаете, Эдит? - сказал он с усилием, обращаясь к своей жене.
- Ну... да, - ответил я, удивленный тоном генерала.
- Я должна вам кое-что объяснить, - сказала миссис Брамбль, и лицо ее покрылось слезами, - в комнате, соседней с вашей, стоят часы с кукушкой. Моя дочь получила их в подарок в детстве и очень их любила. Она каждый вечер сама их заводила. После ее смерти никто не притрагивался к этим часам, и не притронется. Но вчера... вчера была новогодняя ночь...
*Далекарли - район в Швеции.
*Тюллок-Касл (от английского castle - замок).
*week-end (англ.) - конец недели ( суббота и воскресенье).
