Любимые стихи

[Дитя порока]

Запах мужчины, который не спутаешь...
Запах единственный, путы срывающий.
Страсть оголённую бережно кутая,
Запах, меня в лоскуты разрывающий.
Запах мужчины. Сливаемся в целое,
И не видны ни зазоры, ни трещины.
Запах, который в мгновение делает
Из ничего настоящую женщину.
Запах мужчины, в глубины смотрящего.
В омуте глаз зазывающих нежиться.
Мы отрываемся от настоящего.
Там, где рассвет алокрылый забрезжится,
Мы воспарим над туманной реальностью,
И, возвращаясь в уютное гнёздышко,
Будем сорить поцелуями нежными,
Страсть допивая до самого донышка.
Запах мужчины, в сознаньи витающий.
Я вспоминаю его с упоением.
Запах мужчины, следы оставляющий
В тайных глубинах о лучших мгновениях.

(с) Декабрина 2007

 

[Chertovka]

или я выдумала тебя, или может быть это - ты;
утро затягивается, шепчет на выдохе - получай;
ты уже дальше и пишешь мне что-то, а я слышу только - остынь.
щеки горят тем не менее, а остывает чай.

пальцы замерзли, бессильно сжимаются в кулаки,
я призываю разум и просто хочу уснуть.
есть еще шанс это утро начать с абзаца, с новой строки, есть еще время подумать и всё это вычеркнуть...

ты уже дальше и я тебя останавливать не хочу,
нравится понимать тебя, ничего не сказав,
светлой улыбке твоей улыбаюсь, словам - молчу,
больше, чем нужно, уже рассказали мои глаза.

ты моя новая музыка, новая живопись,
новая правда, прорвавшаяся сквозь шум,
радужным светом в тебе полыхает чертовка-жизнь -
то, без чего я так долго уже дышу.

страшно, чертовски страшно, ты не представляешь, как,
но у меня нет слов, чтоб тебе это объяснить,
кажется, еще можно размытую волю сгрести и собрать в кулак, только, боюсь, это "ты" означает "жить".

небо внутри распахнулось и просится за края,
самого доброго утра тебе, душа моя.

Мария Маленко

 

[Milashka_KiKi]

Их всех, для которых я танцевала пташкой, -
Легко перечесть по пальцам одной руки;
Не то чтоб теперь я стала больной и тяжкой,
Скорее – обычной серой пятиэтажкой,
В которой живут усталые старики.
Объект; никакого сходства с Кароль Буке,
Летицией Кастой или одетой махой.
Ни радуги в волосах, ни серьги в пупке.
И если ты вдруг и впрямь соберешься нахуй, -
То мы там столкнемся в первом же кабаке.

(с) Вера Полозкова

 

[Дитя порока]

Я опущу тебя на колени,
Сожму руками любимые пряди,
Ты мне подаришь любви мгновенье,
До дрожи в теле, блаженства ради.....
А ты в глаза мои прямо смотришь,
Меня выкручивая на изнанку,
Руками чутко по телу водишь,
И запускаешь души шарманку...
В глазах темнеет, в коленях тягость,
Мне хорошо, я кричать не в силах,
По телу веет шальная слабость,
Дурная кровь закипает в жилах...
Я проведу языком по шее,
Я поцелую тебя за ушком,
От ароматов твоих я млею,
И прячу голову под подушку...
Все онемеет от этой встряски,
По телу снова ползут мурашки,
Себя теряю я в этой сказке,
И нахожу после новой ласки... “

 

[Эллиии]

Мне нужен любовник с голубыми глазами,
Без биографии и лишних вопросов.
Мы будем вгрызаться друг в друга, нос прижимая к носу,
А не классифицировать прегрешения пред образами.

Мне нужен любовник, который взрывается сразу,
Без вселенского повода и планов на вечер,
Мы вырвем пуговицы, мы войдем в бесконечный
Коридор от касания пальцами до оргазма...

Мне нужен любовник, который сквозь зубы скажет
Финальные заклинания и испачкает простыни протеином...
Днем я буду писать его сладкое-соленое имя
Мысленно на лбах собеседников и становиться влажной...

Мне нужен любовник, которого я потеряю без грусти,
Без боли, без смеха, без обсуждений с мамой...
О Боги, за что мне проклятье!!! за что мне холодный мрамор!!!
В возрасте самого-самого blossoming... !!!!!!!!!!!
вы говорите по-русски?????????????????????

Сола Монова, 2005

 

[Дитя порока]

Глаза в глаза, разряд желанья, Одежда в клочья, дрожь по
коже, Сомкнулись губы, рук касанье, Сегодня страсть
любви дороже! Прогулка пальцев - нежно очень, Изгиб
спины и капли пота, Глубокий вдох, движенья точны,
Слиянье тел в пол-оборота! Порочный стон, под ритм
марша, Губами воздух - не хватает, Лишь, до победы - без
реванша, Все предрассудки страсть сжигает! Внутри
огонь, объятья дики, Тем до предела нарастает, Дыханье
чаще, стоны - в крики, Вокруг ничто - все исчезает...

(с) Непредсказуемая Красотка

 

[Дитя порока]

А Королевы - они ТАКИЕ!!!
Либо - всё, либо - вовсе не надо!
Сантименты - не их стихия:
Лишь достойные могут быть рядом.
Может ласковой быть - как кошка,
Может быть свирепою львицей.
Но - не будет она "хорошей",
С оскорблением не смирится.
Короля - возведет на плаху
И плебея - поднимет к трону!
Не довольных - в опалу, на ...!
В королевстве - ЕЁ законы!

 

[Chertovka]

Я хочу хотеть тебя
откровенно,
без предрассудков
и другой чепухи.
Я хочу смотреть
в твои глаза,
и знать,
что это я
зажигаю в них
огни.

Я хочу быть твоей
самой-самой,
единственной.
Быть открытой,
понятной тебе
и уже
не таинственной.

Притяжением
безумных чувств
разрушаю
пустые сомнения.
Расправляю
крылья любви,
я свободная
в эти мгновения.

Татьяна Яцишина

 

[Chertovka]

Вера

Мир октября заполняет легкие, давит грудь. В комнате тихо, темно и холодно, как в плацкарте.
В полупустых вагонах мы мчимся в зиму, чтобы уснуть
И просыпаться где-нибудь летом - хотя бы в марте.
Где-то вдали кашеварит печка, такси гудит, звуки такие обыденные, простые,
Осень не ставит точек - она сплошным текстом строчит, забыв и про запятые.
И ты растрачиваешь дефицит тепла, чтобы сказать о главном не в строчках - между.
И каждый вечер, лишь бы не обожглась, ты аккуратно смакуешь свою надежду.
Вкус как назло не теряется - крепче лишь, был он фруктовым - становится алкогольным.
Ты не кричишь, не плачешь и не звонишь, автоответчик щелкает: "мне не больно".
Верилось ли, сбывалось ли - всё теперь - блажь, суета, так кончаются выходные.
Это своеобразный такой кураж - осенью переполнены - и пустые.

Но под ключицей где-то не спит, дымит, быстро стучит - попахивает горелым.
Это уже не октябрь и не бронхит, вера чего-то отчаянно захотела,
Так захотела - просто не передать. Вера слепа, стремительна и опасна.
Я набираю воздуха, чтобы ждать. Чтобы оставить выдох - для тихого "здравствуй".

Мария Маленко

 

[Chertovka]

Она шла одна среди шумящей действительности обычного, словно бы уже прожитого дня. Вглядывалась в лица прохожих – «может быть это он, тот кого я жду; но, если бы это был он, тогда смог ли бы он так просто пройти мимо и не взглянуть мне в глаза, остановившись - вряд ли». Она ждала этого человека – за поворотом улицы, в соседнем переулке, на следующей остановке ждала. Всем сердцем надеялась, что он может по непонятной и непредсказуемой случайности оказаться там, и, что стоит им взглянуть друг другу в глаза, то все сразу станет ясно – они нужны, они просто необходимы, как воздух – он для нее, а она для него, и все, что было до этого момента как-то потеряет свою значимость, затуманится в памяти, перестанет играть такую важную роль – это, когда выдыхаешь и говоришь: «Слава Богу, теперь все будет хорошо».

Вова

 

[Эллиии]

У нее в холодильнике лак для ногтей,

Шоколадка и крем от морщин.

Она любит до дрожи собак и детей,

Ненавидит котов и мужчин.

У нее синий шарф и оранжевый смех

Она хочет казаться глухой,

Курит Винстон, ругается матом на тех,

Кто мечтает влюбиться весной.

Она верит в судьбу и в подарки врачам.

Узелками считает грехи.

А когда ее душит тоска по ночам,

Она пишет плохие стихи.

(с) Рита Кребус

 

[Дитя порока]

Подруга, все пройдет, и станет легче.
И время псом залижет наши раны.
Ну, а сегодня - просто грустный вечер,
Ну, а сегодня - мы совсем чуть-чуть устали.

Ну, а сегодня - красное в бокалы
За нас с тобой, а лучше за "чёрт с ними".
Не мы, подруга, счастье прозевали,
А те, что нас, увы, не долюбили.

Давай закурим. До утра еще так долго.
Под тиканье часов и пачку «кента»
Обсудим, в чём косяк наш перед Богом,
В чём мы не разобрали суть момента.

Ты плачешь? вот досада! да я тоже...
Предательская влага на ладони.
Хотя, чего уж там... сейчас, пожалуй, можно.
Ты только спрячь подальше телефоны.

И пусть рыдают с нами воском свечи,
И с ними догорают все печали...
Сегодня просто очень грустный вечер,
Сегодня мы немножечко устали...

(с) Дина Пучкова

 

[Chertovka]

Покажи мне дорогу в будущее,
Покажи дом, тот, что наш,
И детей наших играющих,
Докажи, что мечта – не мираж.

Покажи, как становятся сильными,
Когда тылом твоим есть любовь,
Стань моими крепкими крыльями,
Научи летать меня вновь.

Научи показывать слабости,
Отдаваться без страха тебе,
Научи не впадать меня в крайности,
Доверять тебе, как себе.

Татьяна Яцишина

 

[Chertovka]

Анна Андреевна Ахматова
"Есть в близости людей заветная черта"

Есть в близости людей заветная черта,
Ее не перейти влюбленности и страсти, -
Пусть в жуткой тишине сливаются уста,
И сердце рвется от любви на части.

И дружба здесь бессильна, и года
Высокого и огненного счастья,
Когда душа свободна и чужда
Медлительной истоме сладострастья.

Стремящиеся к ней безумны, а ее
Достигшие - поражены тоскою...
Теперь ты понял, отчего мое
Не бьется сердце под твоей рукою.

1915

 

[Дитя порока]

Я устала, Ангел мой. Устала…
Веришь ли, старалась, как могла
Искренне довольствоваться малым.
Ветренна, беспечна и светла —
Шла по жизни что бы ни случилось,
Как в знакомой песенке «смеясь»,
А сегодня что-то надломилось.
Хрустнуло… Душа надорвалась…

(с) Аманда Моррис

 

[Дитя порока]

Августовские любовники

Августовские любовники,
августовские любовники проходят с цветами,
невидимые зовы парадных их влекут,
августовские любовники в красных рубашках с полуоткрытыми ртами
мелькают на перекрестках, исчезают в переулках,
по площади бегут.

Августовские любовники
в вечернем воздухе чертят
красно-белые линии рубашек, своих цветов,
распахнутые окна между черными парадными светят,
и они вс? идут, вс? бегут на какой-то зов.

Вот и вечер жизни, вот и вечер идет сквозь город,
вот он красит деревья, зажигает лампу, лакирует авто,
в узеньких переулках торопливо звонят соборы,
возвращайся назад, выходи на балкон, накинь пальто.

Видишь, августовские любовники пробегают внизу с цветами,
голубые струи реклам бесконечно стекают с крыш,
вот ты смотришь вниз, никогда не меняйся местами,
никогда ни с кем, это ты себе говоришь.

Вот цветы и цветы, и квартиры с новой любовью,
с юной плотью входящей, всходящей на новый круг,
отдавая себя с новым криком и с новой кровью,
отдавая себя, выпуская цветы из рук.

Новый вечер шумит, что никто не вернется, над новой жизнью,1
что никто не пройдет под балконом твоим к тебе,
и не станет к тебе, и не станет, не станет ближе
чем к самим себе, чем к своим цветам, чем к самим себе.

1961 Бродский

 

[Дитя порока]

Вот так и вьется эта канитель –
Легко встречаются, без боли расстаются.
Все потому, что много тех с кем можно лечь в постель
Все потому, что мало тех, с кем хочется проснуться.

Эдуард Асадов

 

[Эллиии]

У нее в глазах конопляный дым - сладковатый запах духов и кожи.
Вот такие - взглядами топят льды. Никакая магия не поможет.
Голос - тихий, вкрадчивый, с хрипотцой. Прикует, привяжет, затянет в сети.
И потом попробуй держать лицо: голос рвется пленками на кассете...

У нее в зрачках - чертовщины воз и безумство зрителей на корриде. Ни следа от позавчерашних слез - ой, да ладно, кто и когда их видел?

У нее в душе - то огонь, то лед.
Угадай, попробуй - рискни-ка, милый!
Чуть не так - до пепла тебя сожжет. До холодной грязи гнилой могилы выпьет кровь из вялотекущих вен, будь ты хоть какой богатырь и витязь.

Вы хотели всяческих перемен?
Получите, батенька.
Распишитесь.

Самой высшей пробы - нектар и яд.
Длинный список разного арсенала.
О таких не помнят - боготворят...

...а теперь скажи - ты себя узнала?

Алина Марк

 

[Дитя порока]

Я устала…
Ты даже не знаешь, как я устала.
От режима, спектакля, от чувств в кулаке, устава…
От того, что реальность от грез еще дальше стала,
И что крыша мешает увидеть рассвет на скалах…

Пересохло…
В тетради, в стакане и даже в сердце.
От чего наполняться, и чем дальше греть и греться?..
На последней мажорной ноте шального скерцо
Опустело. И некуда, некуда больше деться…

Я устала…
Протяжно гудят в подсознаньи трубы,
Снятся черти и вороны – лишь не твои губы.
Я жила, подпирая твои косяки и срубы.
Я устала…
Пусти…
Пусть хоть кто-то меня полюбит…

(c) Юлия Холод

 

[Chertovka]

Иллюзии, что прорастают во мне - мой маленький садик больных откровений,
Разобран на косточки вишен. Вовне у каждого слова есть масса значений.
И светлое, тихое слово "скучать" - увы, не всегда прорастает из "скуки".
Когда мы научимся их различать, мы вырастим крылья, и, может быть, руки
Найдут применение слову "талант". Без них есть опасность его обесцветить,
Остаться безвестным, как тот музыкант, попавший навек в ресторанные сети.
Как та рок-звезда, но без слова "семья", запачканного поколением пепси,
Мне страшно подумать, признаюсь вам я, о чем пропоет он финальную песню...
У каждого слова свои близнецы, мы с вами их часто, признайтесь, встречали,
И так навстречались, что сбились с пути
Забыли мы,
чем
оно было
Вначале.

Мария Маленко

 

[Chertovka]

на расстоянии интернета
легко угадать погоду в доме
но только не скорость порывов ветра
в подвалах души у которой кроме

надежды и греться особо нечем
на расстоянии интернета
как в играх по-взрослому в чёт и нечет
легко быть желанным когда ты где-то

на расстоянии интернета
телепатически телепортируем
новое чудо восьмого света
жизнями меримся и позируем

на расстоянии клика мыши
мы разработали свой язык
тем кто нашёл и уже не ищет
каждая точка как целый крик

комната к вечеру ужимается
до миллиметров диагонали
в которую запросто умещаются
все друзья и кого не звали

на расстоянии интернета
мы обещали друг другу верность
и закомментили вместо кредо
непозволительность слова ревность

на расстоянии ноутбуков
глупо надеяться на оффшоры
нужно пройти неземные муки
чтоб на лице распахнулись шторы

Арташ Андриасов

 

[Дитя порока]

Алина Марк
Она кружит голову, как наркотик, она легендарнее, чем женьшень. Она проникает в тебя, как дротик в любезно подставленную мишень. Смеясь, обнимает всего словами - нежнее, теплее и крепче рук. И ты, не подумав, что будет с вами, доверчиво слушаешь каждый звук. Изысканным ядом плеснет по нервам - и кровь разжижается, как вода: ты был у нее далеко не первым - и не был единственным никогда.

Ты замкнут на ней, ты идешь по кругу, и стал уязвимее и слабей. А если попросишь совет у друга- то тот усмехнется в ответ: "Убей и выкорчуй с корнем свою заразу! Зачем тебе эта сплошная ложь?.."
Кивнешь, что-то скажешь - пустую фразу...
...Ну как половину себя убьешь?!

 

[Дитя порока]

Абзац
Пустые фразы – на грани флуда.
Кончай базар.
Вот в чарку зелья/цвет изумруда
Сцедил анчар.
Амур грозится стрелой калёной,
Но «Love*» - не «Kraft»*.
Давай-ка выпьем тоски зелёной
На брудершафт.

Дурные мысли – на грани фола –
В башке кишат.
Припрячь-ка, Совесть, свои уколы,
Здесь все грешат.
Судьба играет всегда краплёной –
Карман держи.
Давай-ка выпьем тоски зелёной
За нашу жизнь.

Шальное сердце – на грани срыва.
В руке стакан.
Лечить кручину, шагнув с обрыва –
Не вариант.
Разбавим брагу слезой солёной.
Поплачь, дружок.
Давай-ка выпьем тоски зелёной
На посошок.

(с) Мария Исаева

 

[Chertovka]

В людях встречается много огня,
Холод, жестокость, наивность, изысканность.
Самое главное здесь для меня -
Это, конечно, обычная искренность.

Нужно ценить человека за то,
Что он настойчивый, яркий, неистовый,
Только ему не поможет ничто,
Если он будет с тобою неискренним.

Много эмоций на сердце у нас,
Только вот все они станут бессмысленны,
Если из пламенных, преданных глаз
Не засквозит настоящая искренность.

Вот оттого я тебе говорю -
Будь со мной разным - открытым, таинственным...
Я тебя всяким, поверь мне, люблю!

Только останься, пожалуйста, искренним.

Татьяна Красильникова

 

[Дитя порока]

Каждая женщина таит в
себе порцию сладости/ в
то время как снаружи
часто кажется довольно
горькой/ как чашка кофе/
где не до конца
растворившийся сахар
оседает на дне.
Помешайте ее слегка/ если
хотите ощутить сладость
на губах вместо горечи.
/Джанкарло Джаннини/

 

[Дитя порока]

…Для кого-то просто сукой…
Для кого-то лучшей мамой…
…Плачу я с ножом над луком,
Плачу так, что даже странно…

Не найдет душа покоя
(Или я ей потакаю)
Припаять к себе такое
Неподатливое… Знаю:

Харакири бы и баста…
Или может быть в окошко?
(Где тут из томатов паста?
Блин, разварится картошка…)

Нелюбовь – на все ответом…
…Даже имя не выносит.
Мне так тесно было летом…
Вот, теперь из лета – в осень…

Так, морковка и капуста.
Да, еще чеснок забыла…
Ну, попробуем: что ж, вкусно.
Все, я борщик доварила.

3.10.2005
Лилия Киракосова

 

[Chertovka]

Встречаются, чтоб расставаться,
Влюбляются, чтоб разлюбить.
Мне хочется расхохотаться
И разрыдаться, и не жить!
Клянутся, чтоб нарушить клятвы,
Мечтают, чтоб клянуть мечты...
О, горе тем, кому понятны
Все наслаждения тщеты.
В деревне хочется столицы...
В столице хочется души...
И всюду человечьи лица
Бесчеловеческой души...
Как часто красота уродна
И есть в уродстве красота...
Как часто низость благородна
И злы невинные уста.
Так как же не расхохотаться,
Не разрыдаться, как же жить,
Когда возможно расставаться,
Когда возможно разлюбить?

Игорь Северянин

 

[Chertovka]

если бы не этот вечер
твои загорелые плечи
обнаженные свечи
скулы и свет в глазах
я бы на целую вечность
остановила время
я бы на целую вечность
осталась
в твоих
облаках

Милена Райт

нарисуй мой портрет на небе,
на весеннем подтаявшем снеге.

полустонами.
полутонами.
молоком.
восковыми свечами.

тем, что было со мною связано,
тем, что не было раньше сказано,
птичьим пением, кровью алою,
чешуей и морскими кораллами,

детским смехом во тьме отчаянья,
поцелуем, почти нечаянным...

ну, ты знаешь, ты был со мной рядом.
нарисуй меня чистым ядом.
нарисуй мой портрет на небе.
здесь, так близко,

никто

еще

не был

Нота Фа

 

[Chertovka]

взломал рассудок ночной крупье [пароль и логин]
уйду отсюда в одном белье [душа в залоге]
ждала годами / а шансы - дрянь [ хоть выпей яду]
король и дама [как Инь и Ян] ложатся рядом...
поднимем ставки! под блеск зари снимаю жемчуг...
крупье в отставку - он разорил десятки женщин!
азарт уходит / окончен бой / такси и кофе...
играли вроде с тобой в любовь...
сыграли...
в похер!!!
Сола Монова



Я помню, помню, милая, как ты меня измучила,
Как ты меня заставила любить тебя всегда.
И вот теперь, любимая, я знаю – в лучшем случае
Ты для меня – извечная, великая беда.

Я помню чувства, милая... Ты веришь в мою искренность?
Ты веришь, что я выбрался к тебе из-под земли?
Я помню, как любила ты меня своими искрами,
Которые стремительно теряются вдали.

Я помню встречи, милая... Порывистость, молчание,
То смех, то равнодушие, то страшную тоску.
Я также помню, милая, как пламенно, отчаянно
Друг к другу побежали мы по зыбкому песку.

Не выдержали. Пали мы. Сгубили чувства светлые.
Осталось лишь твой голос мне и запах вспоминать.

...Я помню. Помню, милая. Как постепенно, медленно
Всё главное, всё нужное я начал забывать...

Татьяна Красильникова

 

[Chertovka]

Конечно, во всем виноват декабрь,
Всему виной его простота.
А мне бы крылья расправить хотя бы:
Словами упасть на душу листа.

Конечно, привычки всегда сильнее.
Да что там привычки – когда болит.
Мне в ухо декабрь дышит ровнее,
хотя прошлогодний дышал навзрыд .

сегодня он смело клюет с ладошек
осенние выходки прошлых дней
А знаешь, еще ведь совсем немножко
И будет лето зевать во мне

Гридасова

 

[Frosya]

Мне с тобой не расстаться так просто,
Мне так больно уйти от тебя…
Но затоплен наш маленький остров
Или может сгорел от огня.

Ты не хочешь, чтоб всё продолжалось,
Ты забыла, как мы были вместе.
Мне нужна от тебя только малость,
Если наша любовь не воскреснет.

Ты не можешь встречаться как прежде,
Я не в силах уйти навсегда…
Но… сгорели пустые надежды
Или их затопила вода.

Нет в тебе ни любви и ни жалости,
Для тебя я не лучше, не хуже…
Чем другие… Но всё же, пожалуйста,
Позови, если я тебе нужен.

 

[Catwoman]

Я хочу от тебя ребёнка,
Может сына, и даже дочь.

Я хочу им менять пелёнки,
Беспокоясь, не спать всю ночь.

Я хочу им лечить колени
После каждой игры в футбол.

Я хочу отучать от лени,
И ещё - разделять их боль.

Не устать от бантов, косичек,
И что тюль — это (ах!) фата.

Рассказать, что пожар — от спичек,
А детишки — из живота.

Я хочу успокоить: двойка
— Это мелочь из неудач.

И когда будут плакать горько,
Улыбнувшись, сказать: «Не плачь».

Я хочу не соврать, что с папой
Им и мне очень повезло.

И читать, присев рядом на пол,
Сказки Пушкина перед сном.

И в какао снимать им плёнку,
И завязывать шарф в метель.

Я хочу от тебя ребёнка,
Это больше, чем мять постель.

 

[Chertovka]

он гладит ее по рыжей гитаре нервов.
осталось семнадцать струн, а звенело - триста...
она по нему практически охренела,
а он был когда-то лучшим из гитаристов.

он гладит ее, вспоминая, как бил о стойку.
своими "не знаю и не хочу ответить".
старался не делать больно, не быть жестоким,
в гитаре с собою в прятки играет ветер...

он гладит ее, вспоминая, как бил по струнам.
какие рвались, какие протестовали.
ее все любили: как дочку и как сестру, но
как женщину? что вы, нам это не задавали...

он гладит ее, и думает о зарплате,
и что не успел в блокнот записать идею,
она оттирает пятно от вина на платье,
пятен совсем не видно, на самом деле...

он гладит ее, как правую руку - левой,
как если бы был левшой, не нуждаясь в правой...
он будет ходить на пьянки, ходить налево.
считая себя при этом, конечно, правым.

он гладит ее - и капли стучат по жести.
даже в глаза просачивается водица.
- наверно, тебе не стоит со мной водиться...
он гладит ее -
конечно же, против шерсти.

стефания данилова.




Докури последнюю и бросай,
Май еще не скоро и будет снег
Все попытки бегства ведут на край,
Где уже не нужен твой быстрый бег.
Ты вчера смотрела ему в глаза
Слишком свято верила в этот рай,
Прожит день и больше нельзя назад
Будет снег, не скоро наступит май.
Ты вчера не знала, что значит боль,
А сегодня душит тебя зима,
Ты вчера писала ему: "С тобой!"
А сегодня шепчешь: "Теперь сама"...
И замерзли руки, а никотин
Не дает спасения, темно в глазах
Ты вчера хотела, с ним до седин,
А сегодня чувствуешь только страх.
Эту зиму надо лишь пережить
Он чужой, бывает так се ля ви,
Не ищи виновных, бросай курить
Будет май и много еще любви.
Татьяна Суржко

 

[Кот ученый]

В степи, покрытой пылью бренной,
Сидел и плакал человек.
А мимо шёл Творец Вселенной.
Остановившись, Он изрек:
“Я друг униженных и бедных,
Я всех убогих берегу,
Я знаю много слов заветных.
Я есмь твой Бог. Я всё могу.
Меня печалит вид твой грустный,
Какой нуждою ты тесним?”
И человек сказал: “Я - русский”,
И Бог заплакал вместе с ним.

Н.А. Зиновьев

 

[Chertovka]

Я обещала курить к октябрю - и вот
Ночь мокрым носом тычется мне в живот,
Смотрит глазами, влажными от огней,
Джаз сигаретным дымом струится в ней,
И все дожить не чаешь - а черта с два:
Где-то в апреле только вздремнешь едва -
Осень.
И ты в ней - как никогда, жива.

Где-то в апреле выдохнешься, устанешь,
Снимешь тебя, сдерешь, через плечи стянешь,
Скомкаешь в угол - а к октябрю опять:
Кроме тебя и нечего надевать.

Мысли уйдут под стекла и станут вновь
Бабочками, наколотыми на бровь
Вскинутую твою - не выдернешь, не ослабишь.

Замкнутый круг, так было, ты помнишь - как бишь? -
Каждый день хоронить любовь -
Это просто не хватит кладбищ.

Так вот и я здесь, спрятанная под рамы,
Угол урбанистической панорамы,
(Друг называл меня Королевой Драмы)
В сутки теряю целые килограммы
Строк - прямо вот выплескиваю на лист;
Руки пусты, беспомощны, нерадивы;
Летом здорова, осенью - рецидивы;
Осень - рецидивист.

Как ты там, солнце, с кем ты там, воздух тепел,
Много ли думал, видел, не все ли пропил,
Сыплется ли к ногам твоим терпкий пепел,
Вьется у губ, щекочет тебе ноздрю?
Сыплется? - ну так вот, это я курю,
Прямо под джаз, в такт этому октябрю,
Фильтром сжигая пальцы себе, - uh, damn it! -
Вот, я курю,
Люблю тебя,
Говорю -
И ни черта не знаю,
Что с этим делать.

Вера Полозкова

 

[Failed Dependency]

Боюсь запоздалой любви,
Беспомощной и бесполезной.
Так детских боятся болезней,
Сокрытых у взрослых в крови.

Боюсь запоздалой любви,
Щемящей её ностальгии.
Уже мы не станем другими,
Как годы назад ни зови.

Был потом посолен мой хлеб.
И все же, уставший молиться,
Боюсь я теперь убедиться,
Что был я наивен и слеп.

Когда на пороге зима,
Высаживать поздно коренья.
Милее мне прежняя тьма,
Чем позднее это прозренье.

Боюсь непрочитанных книг,
Грозящих моим убежденьям,-
Так кости боится старик
Сломать неудачным паденьем.

13 марта 1987, Малеевка

© А.Городницкий.

 

[Milashka_KiKi]

Здравствуй, ясная морозная суббота.
Выходной как выдох с запахом портвейна.
Все начнется черным чаем с бергамотом,
Завершится остывающим глинтвейном.

Мне теперь неважно куришь или бросил,
Высыпаешься ли, застегнул ли ворот.
У чужих чего-то личного не просят,
А из общего с тобою - только город.

"Истеричка" - не мое предназначенье.
Мне не жаль своей отвергнутой заботы.
Ты, конечно же, имел свое значенье -
Оградил меня от худшего кого-то.

Сочинять тебе прощанье - слишком длинно.
Не пойму чем ты меня и тронул даже,
Потому что пишут первыми мужчины,
И "коня" и "в избу" - тоже дело ваше.

Вот и все. Не надо больше сообщений.
[От глинтвейна дух гвоздики и корицы.]
Даже не за что тебе просить прощенья.
Мне теперь не страшно бросить. И влюбиться.

(с) Марина Вошкарина

 

[Milashka_KiKi]

Меня дурную можно любить конечно.
А засыпать почему-то с другими совсем.
Все что связано с Вами - грешно.
Небесный чертежник ошибся, рисуя одну из схем.
Вы душою моей не владели.
Хотели тело, да чтобы дальше всё не пошло.
Вы просчитались ещё и меня задели
Ток между нами - уже опасно и не смешно.
Вы словно нитку меня сквозь себя продели
Зашейте шрам и соврите что всё прошло.


© Кристина Степанова

 

[Frosya]

Знаешь, у нас все сложится,
Все непременно получится.
Счастье хлебать будем ложечкой
И заедать теплым лучиком…

Просто не будем сетовать,
Просто — плевать на мнения,
Просто за сердцем следовать,
Верить его решениям.

Чувствовать — дело верное,
Сердце в груди горячее.
Жизнь пусть порою скверная,
Люди порой «смердячие…»

Не получилось, стало быть…
Веришь? У нас получится.
Будем о скалы лодки бить,
Будут скрипеть уключины,

Но все непременно сложится.
Все непременно сбудется.
Счастье хлебать будем ложечкой,
А повезет — из блюдечка…

Автор Анна Тукина

 

[Дитя порока]

Давай сделаем это на столе,
К черту перебьем посуду,
Тише, тише...нет не больно мне.
А кричать я можно буду?
Рви рубашку, только не жалей,
Дай мне изогнуться кошкой,
Ну быстрее милый мой, быстрей,
Вот сейчас, еще совсем немножко.
Запрокинь за голову мне руки,
Чтоб свободы не осталось для движенья,
По квартире полетели звуки,
Ближе...не хватает притяжения.
На мотай на руку мои волосы,
И тяни, чтоб издавался стон,
Своего уже не слышу голоса,
По спине скользит твоя ладонь.
Когти выпустила, как тигрица,
По одной плывем с тобой волне,
Я твоя плохая ученица,
Страсть по расцарапанной спине.
А соседи все стучат по стенам,
Нас уже им не остановить,
Кровь быстрее по набухшим венам,
Жажда начала меня душить.
Вот оно, то чудное мгновенье,
Нежностью наполнился наш дом,
Тихий шепот, губ прикосновенье,
И протяжный, самый сладкий стон!

© Copyright: Оксана Чехалина, 2012

 

[Дитя порока]

Хочу к тебе … запретное желанье,
Невольный шепот ветра на траве,
Огромное, как вечность расстоянье,
И в нем одно - хочу, хочу к тебе!
Смешно, а жизнь свелась вот к этой фразе.
Не заглушить, не спрятаться в делах,
Когда-то был каприз, была проказа,
А ныне? Как заклятье на губах.
Хочу к тебе… Осенней грустью клена,
Предновогодней россыпью седой,
Хоть ветром, хоть былинкой земною,
Хоть на минутку, только быть с тобой!!!

 

[Chertovka]

****Босиком в облаках...****

Босиком в облаках по горячим осколкам мечтаний
Ты бежишь наугад, и срываются строчки-стихи.
Где-то там далеко мир упрятал заветные тайны,
И остались, как деготь, простые земные грехи.

Что ты ищешь, скажи? Снова радуги свет засорился
От пустой болтовни, при которой не смотрят в глаза.
Паутина надежд окончательно спуталась в мыслях...
Говори... не молчи... Правда, нечего больше сказать.

Ты ж как ангел была... Только крылья устало поникли.
Понимаю, сейчас очень мало осталось тепла.
Ну, взлетай в купола, пусть тебе помогают молитвы
И не плачь, я прошу, на осколках святого стекла.

© Зеленоглазая, 2010

Дотянись до мечты,
чтобы стало от счастья щекотно.
На краю высоты
сердце снова играет по нотам.
А в глубинах души
неизведанный риф лабиринтов,
но тонуть не спеши
в океане безликих инстинктов.

Не спеши убегать
в пустоту от проблем на закате,
ведь небесная гладь
до сих пор в бесконечном прокате.
Дотянись до звезды
и поверь в чудеса и желанья.
На холсте у судьбы
нарисуй позабытые тайны.

Из осенней листвы
ты сплети макраме-амулеты,
чтобы с миром на «ты»,
чтоб отныне беспечное лето.
Посреди суеты
улыбнись бесконечной Вселенной
Дотянись до мечты!
Ведь мечта, она, знаешь, нетленна…

© Зеленоглазая

 

[Эллиии]

Я сольюсь с темнотой, закрывая ставни.
Чувства – бездна души, их нельзя измерить.
- Я скорее умру, чем тебя оставлю.
- Я скорее умру, чем тебе поверю.

Слез не надо. Позволь, я тебе их вытру.
Ты уходишь из сердца, а сердце бьется.
Только дверь за собою оставь открытой.
Тот, кого я впущу, в тот же день, найдется.

И, забывшись, ты вдруг преклонил колено.
В светло-серых глазах отразился вечер
- Ты так быстро найдешь для меня замену?
…я, скорее, умру, чем тебе отвечу

Саша Бес

 

[Chertovka]

Одиночество - это холод,
Это заморозки души,
Когда чувствуешь, как от пола
Веет болью, и ты дрожишь.

Это в холоде в этом таять,
Когда некому ставить чай,
И тревожить больную память,
И скучать - умирать - скучать.

Это, знаешь, носить меж ребер
Чуть левее и чуть нежней
Твой брелок / твое фото / номер,
Или шрамы от губ / ножей.

Одиночество - это горько,
Оно тлеет свечой в ночи,
Ну, а сердце, подобно волку, -
Завывает, а не стучит.

Всем плевать.
Этот хмурый город
Так и будет меня душить.

Одиночество - это холод.
Это заморозки души.

Юлия Александр

Ты не умрёшь,
нет,
ты перетечешь
в свет,
ты перерастёшь
в рожь,
ты перегниёшь
в дождь,
покатишься с гор в
торф,
и будешь гореть,
греть,
вернешься огнём
в дом,
и станешь теплом
в нём...

Пока не погас
газ
ты будешь гореть
в нас

Артем Терехов

 

[Chertovka]

Бесконечные мысли-сомнения
Просочились сквозь снов очертания...
В этом мире больных и злых гениев
Я один упиваюсь отчаяньем.
Я не режу свои сухожилия
И не трогаю вены сознательно,
У меня с моей болью - идиллия;
Лишь её нужно слушать внимательно.
А на мокрых щеках стынут волосы,
От бессилия тонкие, тусклые;
Бьются в окна закрытые возгласы,
Пробиваются в улицы узкие,
Но, застыв в голове на мгновение
Умирают беззвучными хрипами...

Опоздавшие вновь сновидения
Где-то в полках пылятся с книгами...

© Настя Булавка

 

[Chertovka]

что в твоём плэй листе?
мой подытожил сплин.
я лишь одна из тех,
кем горячо любим.

я лишь одна из тех,
кто, как слепой, ведом.
мой сладострастный грех,
мой опустевший дом,

будь во сто крат смелей,
будь как хмельной, горяч.
нежных тебе детей.
добрых к тебе удач.

честных тебе друзей,
вечной, как жизнь, любви...
нам суждено теперь
письмами говорить.

и потому храни,
буквенный этот шум.
благодаря тебе

я
до сих пор
пишу.

Виктория Миловидова

 

[Дитя порока]

Расстреляй холостыми. Пустыми. Снарядами-взглядами.
По стаканам гранёным разлей мутноватый портвейн.
И до дна. И об пол. И не жаль. Карамельками мятыми
угощай. И вещай-обещай. Только трогать не смей
струн гитары. Я даром сегодня нарочно-порочная -
без букетов и песен. Ты весел и пьян, и раздет.
Босиком по осколкам. За танцы твои одиночные -
отпечаток помады - награда. Не надо в ответ...

Расстреляй холостыми. Простыми. Словами-патронами.
Сбит прицел? Не успел? Лучше стой на отметке "на старт".
Остаемся на грани. Друзьями. Немного влюбленными...
Знаем оба, что "небо в алмазах" - лишь горстка петард...
Завтра буду безгрешна. Отточенно вежливо-нежная.
И совсем об ином - о земном - поведу разговор.
А сегодня - портвейн в паруса и по морю безбрежному...
Расстреляй. Холостыми. Пустыми. Простыми. В упор.


____________________________



Хочешь правды? Так слушай внимательно, моралист: кто давал тебе право стегать меня, даже словом?
Чем ты лучше того или этого... да любого?! Всё, что ты мне сказал, не по адресу, но не ново.
Так иди до конца, вылезай из кустов на бис!
Виртуальный герой, повтори мне, глаза в глаза. Так, чтоб омут на омут, чтоб самбу сплясали черти!
Только хватит уже пустозвонья в e-mail-конверте... Будь мужчиной - тебе ли бояться моральной смерти?
А твоей ли, моей - всё равно.
Но ты всё сказал, всё расставил по полочкам, всё подытожил, да?
..на твои баррикады никто не пойдёт с картечью, не ответит тебе ни ударом, ни встречной речью.
Может, первой шагнуть с белым флагом тебе навстречу? Извини, не могу - своенравна, глупа, горда...
Да ты знаешь и сам все причины, наперечёт.
Привыкай, я нажала на кнопку перезагрузки, отряхнув твою желчь с рукава белоснежной блузки:
- Извини за мой плавно забытый плохой французский,
но меня не вставляет.
Не торкает.
Не е..т.


© Copyright: Индульгенция

________________________

Протянешь ей палец- откусит руку. Играя. Без умысла. Не созла. Легко и небрежно сметает скуку (какая еще бы вот так смогла?..). Чудная,хоть это не сразу видно, и ростом - не выше его плеча. И кто там считал ее безобидной - малышку с замашками палача?

Она не хранит ни имен, ни отчеств,- к чему эти сложности ангелку? – глядит, как стекает полынь пророчеств на еле рифмованную строку.Испей-ка напиток ее особый, по вкусу - как хина, по виду – мед. И жаркое золото высшей пробы ей под ноги солнце все льет и льет, и облако, пахнущее ванилью,подстрочники сыплет в ее тетрадь.

А ночью она раскрывает крылья, чтоб звезды упавшие собирать.Спроси – для чего они?- не ответит: мол, женщина, значит, уже права… и, мысли выбрасывая на ветер, все время просеивает слова.

Любому, кто пламя в строке приметил, она предлагает свои миры, но – слышишь? - шуршит под ногами пепел всех тех, кто всходил на ее костры. Приникнет и шепчет у изголовья, мол, ты восхитителен, супермен… а после- рисует картины кровью твоих, по согласию вскрытых вен. Она предлагает тебе без визы круизы в безумие-с-головой. На грани, по лезвию, дерзкий вызов, и тоже, представь себе - только твой.

Она научилась входить без стука, под запах дурманящих диких трав.

И тот, кто ее называет сукой - он прав, между прочим.

Чертовски прав.

 

[Chertovka]

ты же взрослый уже, большой!
расскажи мне – наивной, глупой,
сколько стоят такие муки
и почём у тебя любовь?

расскажи, как живут без сердца,
как кричат и посуду бьют,
как всю ночь потом с горя пьют,
ожидая, что скрипнет дверца!

расскажи, как считали дни,
а они превратились в годы
пресловутой, больной свободы,
отказавшейся от любви!

расскажи, как смотреть в глаза
человеку, который понял,
что вся жизнь – театральный номер,
неумелых актрис игра.

ты скажи: меня ждёт такое?
неужели так надо жить?

может, лучше сейчас остыть
и о чувствах своих забыть,
чтоб навеки не знать о горе?

Татьяна Красильникова

 

[Дитя порока]

Солнце, я становлюсь твоим лучом.
Я режу кожу и оголяю нервы непритворно,
Соли не будет мало тем, кто станет первым,
Слово утонет в голосе минутной боли.
Больше не осталось ничего.
Больше не осталось ничего - теперь мне путь свободен.

Ветер закружит вальс в коре тугих деревьев.
Плечи вишневых стен сольются с белым фраком.
Видишь, в моем саду теперь играют дети,
Игры все те же под кристально-черным флагом.
Я прошу тебя закрой глаза.
Я прошу тебя закрой глаза - мне в эту ночь не спится.

Запах ночных костров заведомо приятен.
Возраст течет из рук, торопится в дорогу.
Можно теперь тебя обнять, нас только двое.
Кто то уже успел отдать дань некрологу.
Вот и не осталось ничего.
Вот и не осталось ничего - а лето пахнет солнцем.
Бродский

 

[Дитя порока]

Тут такая свобода, что хочется падать с крыш
И безумной луной кричать в темноту:" спасите!".
Ты вторую весну не пишешь и не звонишь,
И нога твоя не ступает в мою обитель.

В этих письмах одно неизвестное - адресат.
Я не помню тебе названий, имен и мнений.
Эти строки не греют, не слышат, и не горят,
И не ждут от тебя заученных извинений.

Хромоногой зимой по стеклянному льду дорог
Ходят бледные дни и дышат несмело в спину.
Приезжай в мой бессонный взъерошенный городок -
Будем вместе срываться с крыш и искать причины.

Ирина Кот