Любимые стихи

[Странница]

Каких же ты ждёшь, расскажи мне, особых знаков?
Чтоб лик на картине внезапно вином заплакал?
Чтоб рак просвистел “wind of change”, не сфальшивив в нотах?
Ждёшь нового года? Седьмого числа? Субботы?

Нет логики в том, чтобы ждать перемен от ветра.
И я не о «ком-то» сейчас. О тебе конкретно.
Не будет будильников или иных сигналов,
чтоб нас известить: наше время уже настало.
Пусть думать об этом страшно и неприятно,
запущен отсчёт, и он с первых минут - обратный.

Не бойся менять города, имена, работы.
Не жди, что появится умный и взрослый кто-то,
придёт и разложит всю жизнь, как мотив, по нотам,

а если так нужен сигнал, то считай, что вот он.

Мальвина Матрасова

 

[Dr Brain]

Доволен я буквально всем!
На животе лежу и ем
Бруснику, спелую бруснику!
Пугаю ящериц на пне,
Потом валяюсь на спине,
Внимая жалобному крику
Болотной птицы…

Надо мной
Между березой и сосной
В своей печали бесконечной
Плывут, как мысли, облака,
Внизу волнуется река,
Как чувство радости беспечной…
Я так люблю осенний лес,
Над ним — сияние небес,
Что я хотел бы превратиться
Или в багряный тихий лист,
Иль в дождевой веселый свист,
Но, превратившись, возродиться
И возвратиться в отчий дом,
Чтобы однажды в доме том
Перед дорогою большою
Сказать: — Я был в лесу листом!
Сказать: — Я был в лесу дождем!
Поверьте мне: я чист душою…

Н.М. Рубцов

 

[Greshnik A]

Хорошо, что всё меняется.
За зимой идёт весна.
Что любовь ещё встречается,
Что она вообще нужна.

Хорошо, что сердце мается
Над стихами в час ночной.
Что обида забывается
Что дорога не кончается,
Что стаканчик наполняется,
Что друзья мои со мной.

Хорошо, что грязь смывается,
Что в хорошем есть нужда.
Что достойно получается
Жить, хотя бы иногда.

Хорошо, что Бог пытается
Нас хоть как-то вразумить.
Хорошо, что грешник кается,
Что грехи ему прощаются,
Хорошо, что всё меняется.
Всё, что нам не изменить.

Александр Ляйс.

 

[Шарлиз]

По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бессмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.

А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»* кричат.

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.

 

[Wind Wanderer]

Одевайтесь теплее, по улицам ходит ветер.
Он играет листвой и ведёт себя, как мальчишка.
Он слегка хулиган, как любые на свете дети.
Он со старой сосны, как рогаткой, сшибает шишки,
Громко хлопает форточкой, лезет в любые щели,
И, как свойственно детям, падок до обнимашек.
Чтоб обнять его, нужно пальтишко и шарф на шее.
Обнимите его, а он листьями вам помашет.

Обувайтесь надёжней, на улицы вышли лужи.
Разлеглись на асфальте, в себе облака купая,
Отражая полотна из пестрых кленовых кружев,
Обижаясь, что можно идти, в них не наступая.
От обиды они порастают глазурной коркой,
Но надеятся: кто-то подошвой её растопчет.
Шерстяные носки в сапогах из резины колки,
Но я лужи спасу, а глазурные корки - прочь их!

Доставайте зонты, всех расцветок и всех фасонов!
По бульварам гуляет совсем одинокий ливень.
Разукрасим зонтами бульвар вопреки сезону,
Чтобы был этот дождь пусть октябрьским, но счастливым?
Чтобы ветер с ним пел, чтобы капли влюблялись в лужи,
Чтоб к ногам его клен самый лучший листок свой бросил.
Чтобы ливень узнал, что он тоже кому-то нужен.

Обнимайтесь покрепче. По улицам ходит осень.

Мальвина Матрасова

 

[Tomosetto]

Как же всё меня достало…
Может, просто, я устала?
Может быть, метлу достать?
Грабельки в чулан убрать…
Крылья снова прицепить.
И феячить… и чудить!

 

[Neon]

Когда теряет равновесие
твоё сознание усталое,
когда ступеньки этой лестницы
уходят из под ног,
как палуба,
когда плюёт на человечество
твоё ночное одиночество, —
ты можешь
размышлять о вечности
и сомневаться в непорочности
идей, гипотез, восприятия
произведения искусства,
и — кстати — самого зачатия
Мадонной сына Иисуса.
Но лучше поклоняться данности
с глубокими её могилами,
которые потом,
за давностью,
покажутся такими милыми.

Да.
Лучше поклоняться данности
с короткими её дорогами,
которые потом
до странности
покажутся тебе
широкими,
покажутся большими,
пыльными,
усеянными компромиссами,
покажутся большими крыльями,
покажутся большими птицами.

Да. Лучше поклонятся данности
с убогими её мерилами,
которые потом до крайности,
послужат для тебя перилами
(хотя и не особо чистыми),
удерживающими в равновесии
твои хромающие истины
на этой выщербленной лестнице.

Иосиф Бродский

 

[Feechka]

Каждый мужчина - чья-то любовь,
Крепость, защита, опора.
Каждый мужчина - подарок Богов,
И ни в одном нет повтора.

Упрям и напорист, и духом силен,
Надёжный, как древние скалы.
Немного циничен, слегка утончён,
И с мощным потенциалом.

Каждый мужчина - ядерный взрыв,
В бурном порыве и гневе.
Может быть грубый, нетерпелив,
Но порешает проблемы.

Трудности, сложности - всё нипочём,
Рядом с таким властелином.
А за широким и сильным плечом,
Спрятаться можно от мира.

Каждый мужчина - чей-то причал:
В шторм оголтелый, в цунами.
Держит он крепко тяжёлый штурвал:
Не напугаешь ветрами.

В грозы, в морозы будет он плыть
И лодку, что домом зовётся,
Свято и бережно станет хранить,
И с курса "Вперёд" не собъётся.

Каждый мужчина - чья-то мечта:
Недосягаема вечна...
И без него, в душе пустота,
Укутанная в бесконечность.

Космос безбрежный, вселенная, мир.
Солнечный свет и затменье.
Каждый мужчина - чей-то кумир,
Стремление и вдохновенье.

Каждый мужчина слегка молчалив,
Честен и честолюбивый,
Шутлив, терпелив и нетороплив,
И очень уж справедливый.

Нежный, улыбчивый, самый родной,
Самый красивый и милый.
Всё потому, что он только твой:
Самый и самый ЛЮБИМЫЙ

.Елена Лисная

 

[Greshnik A]

Каждый мужчина - чья-то любовь,
Крепость, защита, опора.
Каждый мужчина - подарок Богов,
И ни в одном нет повтора.

Упрям и напорист, и духом силен,
Надёжный, как древние скалы.
Немного циничен, слегка утончён,
И с мощным потенциалом.

Каждый мужчина - ядерный взрыв,
В бурном порыве и гневе.
Может быть грубый, нетерпелив,
Но порешает проблемы.

Трудности, сложности - всё нипочём,
Рядом с таким властелином.
А за широким и сильным плечом,
Спрятаться можно от мира.

Каждый мужчина - чей-то причал:
В шторм оголтелый, в цунами.
Держит он крепко тяжёлый штурвал:
Не напугаешь ветрами.

В грозы, в морозы будет он плыть
И лодку, что домом зовётся,
Свято и бережно станет хранить,
И с курса "Вперёд" не собъётся.

Каждый мужчина - чья-то мечта:
Недосягаема вечна...
И без него, в душе пустота,
Укутанная в бесконечность.

Космос безбрежный, вселенная, мир.
Солнечный свет и затменье.
Каждый мужчина - чей-то кумир,
Стремление и вдохновенье.

Каждый мужчина слегка молчалив,
Честен и честолюбивый,
Шутлив, терпелив и нетороплив,
И очень уж справедливый.

Нежный, улыбчивый, самый родной,
Самый красивый и милый.
Всё потому, что он только твой:
Самый и самый ЛЮБИМЫЙ

.Елена Лисная

Я прям засмущался, неужели это все про нас?)

 

[Feechka]

Я прям засмущался, неужели это все про нас?)

Даже не сомневайтесь

 

[Feechka]

Бархатная нежность... Шелковая грусть.
Осень безмятежно нам играет блюз.
Листья, словно ноты, падают, кружа,
Музыкою в сердце льются, не спеша.
Бережным касанием кружево любви
Излечило душу. Больше не болит.
Нити паутины... Горький дым костра.
Все обиды в прошлом, сожжены дотла.
Шелковая нежность... Бархатная грусть.
И по этим листьям я к тебе вернусь.
Легкая истома... Сладкая печаль.
Ничего, что было, мне уже не жаль.
Зажигаю свечи и в вечерней мгле
Мысленно, навстречу, я иду к тебе.
Пусть в дождях осенних горькая слеза,
Но сияют счастьем вновь мои глаза.
Оживают тени наших тайных снов,
Мы с тобой сумели сохранить любовь.
Кто сказал, что осень — это только грусть?
Бархатная нежность... Теплый, мягкий блюз...

Людмила Столбова

 

[Greshnik A]

Бархатная нежность... Шелковая грусть.
Осень безмятежно нам играет блюз.
Листья, словно ноты, падают, кружа,
Музыкою в сердце льются, не спеша.
Бережным касанием кружево любви
Излечило душу. Больше не болит.
Нити паутины... Горький дым костра.
Все обиды в прошлом, сожжены дотла.
Шелковая нежность... Бархатная грусть.
И по этим листьям я к тебе вернусь.
Легкая истома... Сладкая печаль.
Ничего, что было, мне уже не жаль.
Зажигаю свечи и в вечерней мгле
Мысленно, навстречу, я иду к тебе.
Пусть в дождях осенних горькая слеза,
Но сияют счастьем вновь мои глаза.
Оживают тени наших тайных снов,
Мы с тобой сумели сохранить любовь.
Кто сказал, что осень — это только грусть?
Бархатная нежность... Теплый, мягкий блюз...

Людмила Столбова

Очень красиво!!!

 

[Tomosetto]

Запомни

Запомни раз и навсегда, что жизнь одна!
Она — твоя!
Не надо слушать никого, они не знают ничего :
твоих эмоций и страданий,
твоих обид, любви, прощаний.
Не знают, что в душе, на сердце.
Не знают, чем тебе согреться.
Кто нужен, дорог, кто любим,
кто до безумия тебе необходим.
Не знают снов твоих, не видят боли.
И никогда не быть в твоей им роли!
И вправе только ты один решать,
брать, видеть, говорить, звонить, кричать,
страдать и ждать, и ненавидеть,
и скучать, и крепко за руку держать,
смотреть в глаза и обнимать,
смеяться, плакать и мечтать!
И не бояться и любить!
Только тогда поймешь, что значит жить!!!

 

[Neon]

Прощай! Прощай! Со лба сотру
воспоминанье: нежный, влажный
сад, углубленный в красоту,
словно в занятье службой важной.

Прощай! Все минет: сад и дом,
двух душ таинственные распри,
и медленный любовный вздох
той жимолости у террасы.

Смотрели, как в огонь костра,-
до сна в глазах, до муки дымной,
и созерцание куста
равнялось чтенью книги дивной.

Прощай! Но сколько книг, дерев
нам вверили свою сохранность,
чтоб нашего прощанья гнев
поверг их в смерть и бездыханность.

Прощай! Мы, стало быть, из них,
кто губит души книг и леса.
Претерпим гибель нас двоих
без жалости и интереса.

Белла Ахмадулина

 

[Greshnik A]

Я -Женщина. Резва, мудра, хитра...
Живущая по собственным законам...
Готовящая зелья у костра
С невинным взглядом едких глаз зеленых...

Коснись меня - и рук не оторвешь...
Я - Женщина с атласно-гладкой кожей...
Вонзающая в сердце острый нож...
Ты без него отныне жить не сможешь...

Я - Женщина, которой для Тебя
Не жаль сжигать мосты и рушить стены...
Я - Женщина, которая, любя,
ТЕБЯ Предпочитает Всей Вселенной...

Я - женщина, идущая к тебе...
И не собьют с пути жара и вьюги...
Я - ЖЕНЩИНА... Смеюсь в лицо Судьбе...
И не боюсь ее... Ведь с нею мы - Подруги..

 

[Кудряшка Сью]

Под лаской плюшевого пледа
Вчерашний вызываю сон.
Что это было? — Чья победа? —
Кто побежден?

Все передумываю снова,
Всем перемучиваюсь вновь.
В том, для чего не знаю слова,
Была ль любовь?

Кто был охотник? — Кто — добыча?
Все дьявольски-наоборот!
Что понял, длительно мурлыча,
Сибирский кот?

В том поединке своеволий
Кто, в чьей руке был только мяч?
Чье сердце — Ваше ли, мое ли
Летело вскачь?

И все-таки — что ж это было?
Чего так хочется и жаль?
Так и не знаю: победила ль?
Побеждена ль?

Марина Цветаева

 

[Feechka]

Не отрекаются любя.
Ведь жизнь кончается не завтра.
Я перестану ждать тебя,
а ты придешь совсем внезапно.

А ты придешь, когда темно,
когда в стекло ударит вьюга,
когда припомнишь, как давно
не согревали мы друг друга.

И так захочешь теплоты,
не полюбившейся когда-то,
что переждать не сможешь ты
трех человек у автомата.

И будет, как назло, ползти
трамвай, метро, не знаю что там.
И вьюга заметет пути
на дальних подступах к воротам...

А в доме будет грусть и тишь,
хрип счетчика и шорох книжки,
когда ты в двери постучишь,
взбежав наверх без передышки.

За это можно всё отдать,
и до того я в это верю,
что трудно мне тебя не ждать,
весь день не отходя от двери.

Вероника Тушнова

 

[Greshnik A]

Еще вчера, — как снимок дилетанта, —
Осенний день расплывчат был и слеп,
А нынче скрупулезно и детально
Его дорисовал внезапный снег.

Еще вчера проступки цвета сажи
И прегрешений серые мазки
Казались органичными в пейзаже
Чумазой и расхристанной Москвы.

А нынче смотрим в окна с изумленьем —
Весь мир присыпан белым на вершок!…
И кажется чернейшим преступленьем
Вчерашний незатейливый грешок.

Белым-бело!.. И в этом белом гимне
Приходит к нам, болезненно остра,
Необходимость тут же стать другими,
Уже совсем не теми, что вчера.

Как будто Бог, устав от наших каверз,
От слез и драк, от кляуз и нытья, —
Возвел отныне снег, крахмал и кафель
В разряд святых условий бытия.

И кончились бои, и дрязги стихли,
И тишина везде вошла в закон
Как результат большой воскресной стирки
Одежд, религий, судеб и знамен…

Леонид Филатов.

 

[Шарлиз]

Моя любовь... История моих
Высоких чувств, но... поздних и ненужных.
Весь мир огромный замер и притих,
Меж полюсами - северным и южным.
Но мучают сомненья - это грех,
Нельзя любить чужое... Да и... поздно...
Не до улыбок мне, не до утех,
Любовь - не бред души... Любовь - серьёзно!

О, как ты обнимал, как целовал,
Как нежно мне желал спокойной ночи!
Ты - мой покой, мой страждущий причал,
Душа моя с тобой быть только хочет.
Так хорошо с тобой и так легко!
Твои глаза, как всполохи зарницы.
Моя любовь зашла так далеко,
Что трудно ей теперь остановиться.

А надо бы характер проявить...
И мнимую греховность искупая,
Себе я приказала - позабыть!
Но, как забыть, где силы взять - не знаю...
Уходит время... Нет пути назад...
Брожу по жизни, будто неживая.
Смотрю в окно... А по щеке... слеза...
О, как же больно сердце остывает!

 

[Feechka]

Душа скучала по душе...

Душа скучала по душе...
Такой родной...Настолько близкой!
Подобной нет на всей Земле!
Лишь раз её ты встретишь в жизни...

Она скучала по рукам...
По их касаниям небесно-нежным...
В них таяла она, едва дыша,
От чувств безумных...Чувств безбрежных...

Душа скучала по ночам...
Бессонным, страстным, сладко-грешным.
По чувственным его устам,
С ума сводящим так неспешно...

Ей не хватало его глаз...
Их омут-для неё отрада...
Им на двоих был послан дар:
В безмолвии общаться взглядом...

И больше не было Его...Её
В одно слились...Единым стали...
Двух половинок душ полет...
Они веками встречи ждали...

Им было так легко вдвоем...
Хотелось петь, шутить, смеяться,
Искриться счастьем день за днем,
Друг другом просто наслаждаться...

Скучала по нему душа...
И всё яснее понимала:
Ведь только с ним она жила...
ЖИЛА! А не существовала....

Лии-Лу, 2015г

 

[Greshnik A]

Любовь и бедность навсегда
Меня поймали в сети.
Но мне и бедность не беда,
Не будь любви на свете.
Зачем разлучница-судьба —
Всегда любви помеха?
И почему любовь — раба
Достатка и успеха?
Богатство, честь в конце концов
Приносят мало счастья.
И жаль мне трусов и глупцов,
Что их покорны власти.
Твои глаза горят в ответ,
Когда теряю ум я,
А на устах твоих совет —
Хранить благоразумье.
Но как же мне его хранить,
Когда с тобой мы рядом?
Но как же мне его хранить,
С тобой встречаясь взглядом?
На свете счастлив тот бедняк
С его простой любовью,
Кто не завидует никак
Богатому сословью.
Ах, почему жестокий рок —
Всегда любви помеха
И не цветет любви цветок
Без славы и успеха?

Роберт Бернс.

 

[Кудряшка Сью]

Вы счастливы? — Не скажете! Едва ли!
И лучше — пусть!
Вы слишком многих, мнится, целовали,
Отсюда грусть.

Всех героинь шекспировских трагедий
Я вижу в Вас.
Вас, юная трагическая леди,
Никто не спас!

Вы так устали повторять любовный
Речитатив!
Чугунный обод на руке бескровной —
Красноречив!

Я Вас люблю. — Как грозовая туча
Над Вами — грех —
За то, что Вы язвительны и жгучи
И лучше всех,

За то, что мы, что наши жизни — разны
Во тьме дорог,
За Ваши вдохновенные соблазны
И темный рок,

За то, что Вам, мой демон крутолобый,
Скажу прости,
За то, что Вас — хоть разорвись над гробом! —
Уж не спасти!

За эту дрожь, за то — что — неужели
Мне снится сон? —
За эту ироническую прелесть,
Что Вы — не он.

 

[Feechka]

Люди Людей Ненавидят, к Несчастью.
Люди людей разрывают на части.
Тратится жизнь на ненужные споры.
Люди высокие строят заборы...

Хочется каплю поддержки и света
Просто отдать, не давая советов,
Не упрекая и не осуждая,
Но раздражает соринка чужая.

Люди хотят перемен, изменений,
Но начинают с других, к сожаленью.
Рушат устои и предков старанья.
Нет в новых душах следов состраданья!

Хочется верить, что временно это,
Просто чуть-чуть заболела планета
Войнами, злобой, и прочей хандрою.
Скоро прозреет и очи откроет...

Люди проснутся и будут стремиться
Счастье дарить и на радостных лицах
Больше от злости не будет и тени.
Каждый – творец и талантливый гений...

Люди опомнятся и на дорожке
Больше другим не поставят подножки.
По головам не пойдут, презирая
Тех, кто о счастье иначе мечтает.

И понемножку, добро рассыпая,
Люди воспрянут, душой оживая...
В душах Господь гнев и гордость остудит.
Станут людьми, человеками, люди...

Ирина Самарина

 

[Feechka]

У нас говорят, что, мол, любит, и очень,
Мол, балует, холит, ревнует, лелеет…
А, помню, старуха соседка короче,
Как встарь в деревнях, говорила: жалеет.
И часто, платок затянувши потуже
И вечером в кухне усевшись погреться,
Она вспоминала сапожника-мужа,
Как век он не мог на нее насмотреться.
— Поедет он смолоду, помнится, в город,
Глядишь — уж летит, да с каким полушалком!
А спросишь чего, мол, управился скоро?
Не скажет… Но знаю: меня ему жалко…
Зимой мой хозяин тачает, бывало,
А я уже лягу, я спать мастерица.
Он встанет, поправит на мне одеяло,
Да так, что не скрипнет под ним половица.
И сядет к огню в уголке своем тесном,
Не стукнет колодка, не звякнет гвоздочек…
Дай бог ему отдыха в царстве небесном! -
И тихо вздыхала: — Жалел меня очень.
В ту пору все это смешным мне казалось,
Казалось, любовь, чем сильнее, тем злее,
Трагедии, бури… Какая там жалость!
Но юность ушла. Что нам ссориться с нею?
Недавно, больная бессонницей зябкой,
Я встретила взгляд твой — тревога в нем стыла.
И вспомнилась вдруг мне та старая бабка, —
Как верно она про любовь говорила!

Ирина Снегова.

 

[Tomosetto]

Учила бабушка меня:
«Нет, не течёт вода под камень,
А в печке не зажжешь огня,
Коль не заполнена дровами.

А если сладко хочешь спать,
Не уповай на Божью милость,
Соломку надо подстилать,
Да и следить, чтобы не сбилась.

Не смей — чужого не бери!
Своё - храни. Уж, как сумеешь.
А слёзы вытри, не реви,
От жалости к себе — слабеешь.

У Бога много не проси,
Но верь, что край придет — поможет.
Гнев неразумный погаси,
И на судьбу не злись, негоже.

Не жди, что кто-то принесёт,
Поди, возьми, ведь ноги держат.
А коль беда — то кто спасёт?
Сама хоть что-то сделай прежде.

Пусть боязно, пусть не с руки,
Другие могут — ты пытайся.
Глаза у страха велики —
Но всё получится — старайся.

А за обиды не держись —
Прощай их… Если бы я знала…»
Учила бабушка, а жизнь
Её науку подтверждала!

 

[Кудряшка Сью]

Я умею любить.
Умею покорной и нежною быть.
Умею заглядывать в очи с улыбкой
Манящей, призывной и зыбкой.
И гибкий мой стан так воздушен и строен,
И нежит кудрей аромат.
О, тот, кто со мной, тот душой неспокоен
И негой объят…

Я умею любить. Я обманно-стыдлива.
Я так робко-нежна и всегда молчалива.
Только очи мои говорят.
Они ясны и чисты,
Так прозрачно-лучисты.
Они счастье сулят.
Ты поверишь — обманут,
Лишь лазурные станут
И нежнее и ярче они —
Голубого сиянья огни.
И в устах моих — алая нега.
Грудь белее нагорного снега.
Голос — лепет лазоревых струй.
Я умею любить. Тебя ждет поцелуй.

 

[Sashcka]

Я желаю вам быть счастливыми
В листопаде летящих дней,
Очень нежными и красивыми,
И друг друга любить сильней.
Я желаю осенней мудрости:
С лёгким сердцем грехи прощать
И желания делать глупости, -
Чтобы было что вспоминать!..
Я желаю волшебной осени,
Удивительно-тёплых дней...
Пусть исполнится всё, что просите..
И отыщется поскорей!..

© Copyright: Ирена Буланова,

 

[Greshnik A]

Ты у меня одна,
Словно в ночи луна,
Словно в году весна,
Словно в степи сосна.
Нету другой такой
Ни за какой рекой,
Ни за туманами,
Дальними странами.

В инее провода,
В сумерках города.
Вот и взошла звезда,
Чтобы светить всегда,
Чтобы гореть в метель,
Чтобы стелить постель,
Чтобы качать всю ночь
У колыбели дочь.

Вот поворот какой
Делается с рекой.
Можешь отнять покой,
Можешь махнуть рукой,
Можешь отдать долги,
Можешь любить других,
Можешь совсем уйти,
Только свети, свети!

Юрий Визбор.

 

[Kudrjasha]

Я здесь и не здесь, я везде и нигде,
Я тенью скольжу по прозрачной воде;
Мой голос так сладок в ночной тишине,
Явилась к тебе я в чарующей тьме.
Мое тело невидимо, дух мой незрим.
Прими! — и мой образ будет твоим.
Осядет он в сердце и, точно цветок,
Расцветет, воспылает. Уйдет холодок —
Тот холод, который дрожать заставлял,
Любовь от тебя самого укрывал…
И нет его, сердце свободно теперь!
Отвори для любви белоснежную дверь!
Но спросишь ты, кто я. Отвечу тот час:
«Я та, кого нет здесь и сейчас.
Пришла я из тьмы и во тьму я уйду,
Укрою тенями дорогу свою.»
И скажешь тогда ты: «Мне не понять.
Ответь просто, кто ты, мне можешь не лгать.»
Отвечу тогда я лишь только одно:
«Знать тебе, кто я, сейчас не дано.
Быть может, потом ты узнаешь и сам,
Когда будешь тенью летать тут и там.»
Сейчас я прошу: ты мой образ прими,
В сердце свое меня ты впусти.
Откроются тайны природы тебе,
Чарующей ночи, уснувшей во тьме,
Тайны снов, затаившихся ото дня,
Тайны тени… Прошу, прими ты меня.
От света укрой — ограничь мне страдания.
Открою тебе тайны я мироздания.
Но спросишь тогда ты, зачем я пришла,
Любовь или зло я тебе принесла.
Отвечу я гордо: «Пришла я к тебе,
Чтоб открыть твое сердце прекраснейшей тьме!»
Отстранишься тогда ты: «Уйди от меня!
Мне не нужен твой образ и тьма не нужна!»
Быть может, уйду, но скажу я тогда:
«Тебе не понять, как прекрасна та тьма…»
Увы, человек ничего не поймет,
Упустит свой шанс, свою душу убьет.
Искушение ужалит его, как оса —
Улетит в безызвестность блудница-душа.
Тень покорит его тело навек.
Слаб ты душой, «царь зверей» человек!..
Но я не сержусь, ухожу просто так
В тот мир, где живет эфемерная тьма,
Где тени скользят, может, тут, может, там,
Туда, где нет солнца, нет места мечтам.
В том мире жива лишь одна пустота
(Иль слепая и тихая мгла?).
Тьму породила она на тот свет
И, кроме той тьмы, ничего больше нет:
Ни отблеска света, ни жара огня.
Жаль мне одной уходить без тебя.
Но уйду я в тот мир — мир безмолвных теней,
Где черное сердце мое все сильней,
Где разум мой дышит, а тело молчит,
Где дух мой, смеясь, во тьму улетит

Абулькасим Фирдоуси
«Шахнаме»

 

[Wind Wanderer]

Что-то странное происходит
Шрамы в сердце врачует взгляд
Непохожесть твоя заводит
То ли нежность в крови, то ли яд

В череде расставленных точек,
Допивая привычный цинизм -
Я хочу тебя на две ночи,
А потом хочу на всю жизнь.

Виктор Сарабанда

 

[Feechka]

Повод Для Счастья...? Вы серьёзно Его Ещё Ищете...?
Боже... Смешные...Он В Том...Что Вы «Дышите»...
Он В Том... Что Ваш День Начался И Продолжается...
Что Осень Пришла К Нам Опять Листопадами...
Что Есть Те... Кто «Просто Так» Рады Вам...
Что На Носу У Нас Новый Новый Год...
Что В Руках Наших Возможность Радовать Самых Близких...
Гулять... Читать... Рисовать...Изучать Английский...
Что Глаза Видят Рассветы И Красотой Наполняют Душу...
Вы Живы...Что Ещё Нужно...?
Не Жадничайте... Не Ждите Времени Подходящего...
Наполняйте Счастьем Своё Настоящее...
Как..? Да Легко... Замечайте Прекрасное...
Все...Что Пришло В Вашу Жизнь...Не Напрасное...
Грустно..? Бывает...Вы Же Живые...
Только Не Вечны Проблемы Любые...
Умейте Помнить... Что Свет Сильнее...
Все В Вас...Управляйте Сознанием...
Не Наделяйте «Пустое» Вниманием...
Что Вырастите... То Будет «Цвести» И «Плодоносить»...
Счастье И Горе В Том...Что Все Не Вечно...
Но... Вы Сегодня... Сейчас Почувствуйте Свои Силы...
СЧАСТЬЕ...ОТСУТСТВИЕ БЕД И ТО...ЧТО ВЫ ЖИВЫ...!

Оксана Зет

 

[Шарлиз]

Спасибо всем, кто нам мешает,
Кто нам намеренно вредит,
Кто наши планы разрушает,
И нас обидеть норовит!

О, если б только эти люди
Могли понять, какую роль
Они играют в наших судьбах,
Нам причиняя эту боль!

Душа, не знавшая потери,
Душа, не знавшая обид,
Чем счастье в жизни будет мерить?
Прощенья радость с чем сравнит?

Ну как мудреть и развиваться
Без этих добрых злых людей?
Из ими созданных препятствий
Возникнут тысячи идей,

Наполненных добром и светом
И повторю я им сто раз:
СПАСИБО ВАМ за всё за ЭТО,
Ну что б мы делали без ВАС?!

 

[Feechka]

А вам встречались "солнечные" люди?
Мне с ними кофе кажется вкусней,
Душевная, промозглая простуда,
Проходит сразу от таких людей.

Они вам греют зябкие ладони,
Рисуют солнце среди мрачных туч,
Какая редкость- "солнечные люди"!
Я в них всегда влюбляюсь по чуть- чуть.

Они гуашью самой- самой светлой,
Рисуют мир открыто для людей,
Хочу сказать спасибо им за это,
За то, что мир наш делают теплей!

Вы скажете, что вроде не встречали,
Что глупости все это, как всегда!
А я таких людей по жизни знаю
И даже их целую иногда...

Ксения Газиева

 

[Greshnik A]

А вам встречались "солнечные" люди?
Мне с ними кофе кажется вкусней,
Душевная, промозглая простуда,
Проходит сразу от таких людей.

Они вам греют зябкие ладони,
Рисуют солнце среди мрачных туч,
Какая редкость- "солнечные люди"!
Я в них всегда влюбляюсь по чуть- чуть.

Они гуашью самой- самой светлой,
Рисуют мир открыто для людей,
Хочу сказать спасибо им за это,
За то, что мир наш делают теплей!

Вы скажете, что вроде не встречали,
Что глупости все это, как всегда!
А я таких людей по жизни знаю
И даже их целую иногда...

Ксения Газиева

Трогательно)

 

[Kudrjasha]

Уходя, оставьте Свет.
Это больше, чем остаться.
Это лучше, чем прощаться
И важней, чем дать совет.

Уходя, оставьте Свет—
Перед ним отступит холод!
Свет собой заполнит город,
Даже если Вас там нет.

Уходя, оставьте Свет,
Как маяк в туманном море,
Как лекарство против горя,
Как сердечности привет.

Кто-то скажет: «Чушь и бред!
Нет лекарства против горя!»
…Я ни с кем не стану спорить.
Я дарю вам свой секрет:

Уходя, оставьте Свет,
Свет любви средь серых буден,
Как надежду: «Будем! Будем!»
В час, когда надежды нет.

Уходя, оставьте Свет,
Даже если расстаётесь,
Даже если не вернётесь—
Уходя, оставьте Свет.

Уходя, включите Свет.
Кто ошибся, Тот вернётся.
Пусть не гаснет Ваше Солнце!
Уходя, оставьте Свет!

Приходя, несите СВЕТ!
Тот, кто светел, тот и вечен!
Путь со Светом бесконечен.
Приходя, несите СВЕТ!

Мила Светлова-Скрипка

 

[Странница]

Ты будешь спать с другими, и я буду спать с другими,
Будет другая седая зима, другой кучерявый иней,
Другие дома и другие квартиры с запахом незнакомым,
Будут другие тела и оргазмы, пепел с других балконов.

Будут другие звенящие взрывы, омуты, помутненья,
Руки другие, губы другие, плечи, ключицы, колени,
Гифки развратные в переписке, улыбки у монитора,
Встречи и ссоры на колком морозе, и снега другого горы.

Будет другая кипящая боль от ревности бесполезной,
Выстрелы слов, обещания, ложь, входящая острым лезвием,
Всё повторится и всё надоест, и станет уже привычным.
Утро с другими: масло и хлеб, и тёплый желток яичный.

Будут другие игры в любовь, и реплики по сценарию,
А внутренний голос будет гудеть: давай же уже, отжарь её,
И память о коже моей сотрётся кожей другой, помоложе.
И всё, что когда-то было у нас, будет попросту уничтожено.

А после она тебя будет бесить, наступит пора прощаться,
Кончатся мятные поцелуи, короткое глупое счастье.
Короткое лето, бессонные ночи – всё канет куда-то в бездну.
Ты снова закуришь и скажешь себе: как же всё это мерзко.

Ты будешь другим, в новом пальто – сразу и не узнаешь,
Я буду другой, старше и строже, в пакете: продукты и vanish.
Столкнёмся где-нибудь, что-то ёкнет, зажжётся, потом – остынет.
Какая разница, кем мы были. Ведь стали совсем другими.

Полина Шибеева

 

[Шарлиз]

Какая ночь! Я не могу.
Не спится мне. Такая лунность.
Еще как будто берегу
В душе утраченную юность.

Подруга охладевших лет,
Не называй игру любовью,
Пусть лучше этот лунный свет
Ко мне струится к изголовью.

Пусть искаженные черты
Он обрисовывает смело,-
Ведь разлюбить не сможешь ты,
Как полюбить ты не сумела.

Любить лишь можно только раз,
Вот оттого ты мне чужая,
Что липы тщетно манят нас,
В сугробы ноги погружая.

Ведь знаю я и знаешь ты,
Что в этот отсвет лунный, синий
На этих липах не цветы —
На этих липах снег да иней.

Что отлюбили мы давно,
Ты не меня, а я — другую,
И нам обоим все равно
Играть в любовь недорогую.

Но все ж ласкай и обнимай
В лукавой страсти поцелуя,
Пусть сердцу вечно снится май
И та, что навсегда люблю я.

 

[Кудряшка Сью]

Непогода — осень — куришь,
Куришь — всё как будто мало.
Хоть читал бы, — только чтенье
Подвигается так вяло.
Серый день ползет лениво,
И болтают нестерпимо
На стене часы стенные
Языком неутомимо.
Сердце стынет понемногу,
И у жаркого камина
Лезет в голову больную
Всё такая чертовщина!
Над дымящимся стаканом
Остывающего чаю,
Слава богу, понемногу,
Будто вечер, засыпаю…

 

[Greshnik A]

Доброе утро,любимая!
Скромная,очень ранимая.
Всем до конца непонятная.
сердцем,душой необъятная.
Солнышко ты ненаглядное.
Свежая,вкусная,мятная.
Кроткая,нежная,милая,
Чувством и телом красивая.

Доброе утро,желанная!
Светлая,ясная,странная.
Женщина умная,дивная.
Девочка чудо наивная.
Взрослая,слабая,сильная,
Строгая,мягкая,стильная,
Жаркая,чувственно страстная,
чистая,в душе прекрасная,

Доброе утро,любимая!
Яркая,неповторимая.
Над суетою парящая.
Сказочно ненастоящая.
Рану души обнажённой
Видно сквозь очи бездонные.
Добрая,странно печальная,
Мне повстречалась нечаянно.

 

[Feechka]

Ждет решения вечная тема -
Не выходит годами из моды:
Одиночества серый оттенок –
Близкий родственник нашей свободы?
Одиночество – минус иль плюсик?
За свободу мы боремся рьяно,
А потом умоляем, чтоб «флюсик»
Превратился в сердечную рану…
Как связать «нет» и «да» воедино?
Где граница душевной погоды,
По которой расставлены мины,
А осколки впиваются в годы?
И когда за судьбы перевалом
Вдруг свобода покажется лишней -
Несвобода нас ловит на малом –
Иногда просто… запахом вишни.
Облачая сердца в намеренья,
Чтоб свободу увидеть скулящей,
Позволяем замкнуться тем звеньям,
Где момент несвободы стал слаще,
Где желанны такие минуты,
Что и плен – словно манна небесна,
Где сердца подставляя под путы,
Мир двоих не покажется тесным…

(Мария Иванова)

 

[Kudrjasha]

Я думала, что ты мой враг,
что ты беда моя тяжелая,
а вышло так: ты просто враль,
и вся игра твоя - дешевая.

На площади Манежная
бросал монету в снег.
Загадывал монетой,
люблю я или нет.

И шарфом ноги мне обматывал
там, в Александровском саду,
и руки грел, а все обманывал,
всё думал, что и я солгу.

Кружилось надо мной вранье,
похожее на воронье.

Но вот в последний раз прощаешься.
В глазах ни сине, ни черно.
О, проживешь, не опечалишься,
а мне и вовсе ничего.

Но как же всё напрасно,
но как же всё нелепо!
Тебе идти направо.
Мне идти налево.

Б. Ахмадулина, 1957

 

[чучундра]

НЕ ЗАБУДЬ

Человек надел трусы,

майку синей полосы,

джинсы белые, как снег,

надевает человек.

Человек надел пиджак,

на пиджак нагрудный знак

под названьем «ГТО».

Сверху он надел пальто.

На него, стряхнувши пыль,

он надел автомобиль.

Сверху он надел гараж

(тесноватый — но как раз!),

сверху он надел наш двор,

как ремень надел забор,

сверху он надел жену,

и вдобавок не одну,

сверху наш микрорайон,

область надевает он.

Опоясался, как рыцарь,

государственной границей.

И, качая головой,

надевает шар земной.

Чёрный космос натянул,

крепко звёзды застегнул,

Млечный Путь — через плечо,

сверху — кое-что ещё…

Человек глядит вокруг.

Вдруг —

у созвездия Весы

вспомнил, что забыл часы.

(Где-то тикают они

позабытые, одни…)

Человек снимает страны,

и моря, и океаны,

и машину, и пальто.

Он без времени — ничто.

Он стоит в одних трусах,

держит часики в руках.

На балконе он стоит

и прохожим говорит:

«По утрам, надев трусы,

НЕ ЗАБУДЬТЕ ПРО ЧАСЫ!"

1975

Андрей Вознесенский

 

[Feechka]

ТЫ - ЧУДО, ЖЕНЩИНА!!!

Когда тебя качает... от усталости,
...Когда потерян счёт твоим... делам,
Не позволяй себе рыдать... от жалости,
...Не дай сложиться, двум твоим ... крылам.
Иди вперёд, собой любуйся... милою,
...Не унывай, открыта будь... добру,
И поднимись, над суетой... постылою,
...Любуйся , солнцем, небом... поутру.
И все свои проблемы, ... неприятности,
...Ты, вдруг забудешь ... стоя у зеркал…
Смени прическу... и, побольше яркости…
...То, что устала ... кто тебе, сказал?
И все дела... – они, тобой придуманы,
...Пора, себя, неспешно... разгружать:
Казаться, слабой... оставаясь, сильною,
...Простая истина... но надо её знать.
Ещё , ты помни, что ты... чудо – женщина!
...Что ты, прекрасна... и душой светла,
Тебе, счастливой быть... судьбой, завещано-
...Не опускай, прекрасных... два, крыла!!!

Наталья Рязанова

 

[Greshnik A]

Вся прелесть розы на кусту
Ещё бутонами богатом,
Пленяют, на свою беду,
Цветы красой и ароматом.

Не унимается душа,
Цветы прекрасные ей милы,
Но от жестокого ножа
У роз нет для защиты силы.

Срезают розу, чтоб любить,
На час она любимой станет,
Хоть в вазе воду будет пить,
Но обязательно завянет.

Для розы нет благой судьбы,
Коль нож её с куста срезает,
Торчат и колются шипы,
Краса безвестно пропадает.

 

[Странница]

обними меня,
я мастер расставаний, гений драм,
но ты обнимешь —
и в ледниках вдруг наступит оттепель,
я крошусь глупыми стихами до самого утра,
но иллюзорным кажется всё,
что случалось
до тебя.

обними меня,
и плевать на все,
что случится после,
сколько брожу — не могу найти ни покой, ни клеть.
твои объятия — открытый космос.
отрытый космос.
страшно разбиться,
но продолжать лететь.

обними меня,
заставь ни о чем не думать,
словно это последнее наше лето,
словно нету пути назад.
я довольно навоевалась, натворила шума.

куда бы я ни приезжала,
я везу с собой личный ад.

обними, как умеешь,
ведь это только кажется,
будто сердце моё —
бесчувственная броня,
будто я всесильная, всемогущая и отважная,
загляни в глаза, там читается:
«о б н и м и м е н я»

обними меня,
дай мне спрятать лицо в ладони,
обними меня так,
как никто ещё не обнимал,
чтобы дурные мысли не бились в височной доле.
без твоих объятий
весь мир нестерпимо мал.

обними меня,
если я скажу, что весь мир мне осточертел,
не прошу ни любви, ни ревности,
господи, вовсе нет.
обними — это лучше дури,
секса, сплетения голых тел,
обними — не отдай меня в руки холодной осени.

обними меня,
у меня в голове только тьма и жуть.
вместо тысяч слов, озвученных немеющими устами,
обними меня — большего не прошу.

я нуждаюсь в этом сильней,
чем ты мог представить.

обними меня,
я сплошной парадокс,
кладезь противоречий,
я не сплю полночи,
считаю звезды — и не могу иначе.

обними меня — здесь нет места словам и высокопарной речи,

обними,
будто я для тебя и правда
в этом мире
хоть что-то значу.

Аня Захарова

 

[Greshnik A]

Clyde Barrow

Осенней ловли началась пора,
Смолистый дым повиснул над котлами,
И сети, вывешенные на сваях,
Колышутся от стука молотков.
И мы следим за утреннею ловлей,
Мы видим, как уходят в море шхуны,
Как рыбаков тяжелые баркасы
Соленою нагружены треской.
Кто б ни был ты: охотник ли воскресный,
Или конторщик с пальцами в чернилах,
Или рыбак, или боец кулачный,
В осенний день, в час утреннего лова,
Когда уходят парусные шхуны,
Когда смолистый дым прохладно тает
И пахнет вываленная треска,
Ты чувствуешь, как начинает биться
Пирата сердце под рубахой прежней.
Хвала тебе! Ты челюсти сжимаешь,
Чтоб не ругаться боцманскою бранью,
И на ладонях, не привыкших к соли,
Мозоли крепкие находишь ты.
Где б ни был ты: на берегу Аляски,
Закутанный в топорщащийся мех,
На жарких островах Архипелага
Стоишь ли ты в фланелевой рубахе,
Или у Клязьмы с удочкой сидишь ты,
На волны глядя и следя качанье
Внезапно дрогнувшего поплавка,—
Хвала тебе! Простое сердце древних
Вошло в тебя и расправляет крылья,
И ты заводишь боевую песню,—
Где грохот ветра и прибой морей.

Эдуард Багрицкий.

 

[Clyde Barrow]

Greshnik A супер. Как раз на клязьму идем спасибо

 

[Greshnik A]

И пройдя испытания болью,
Поднимаясь упрямо с колен,
Возрождаясь из смерти – любовью,
Путешествуя в пропасть измен,
Прорываясь к свободе привольной,
Попадая в ловушки и плен,
Воплощая свой путь своевольно
Сквозь проклятья и плотность всех стен,
Отдавая другим добровольно
Свой успех – для благих перемен,
Исцеляя себя от безволья
И поняв, что – не все в жизни тлен…
Вдруг… твоей красотой озарился,
И, сжигая в себе толщи лжи,
Понимаю, что – только родился!
Понимаю, что раньше – не жил!

 

[Шарлиз]

Город, созданный для двоих,
Фарами льет огонь.
Мостовая у ног твоих –
Это моя ладонь.

Ночью дома ссутулятся.
Медленно слижет дождь
С теплой тарелки улицы
След от твоих подошв.

Видишь, я в каждом знамени.
Слышишь, я в каждом гимне.
Просто в толпе узнай меня
И никогда не лги мне.

Оглушителен и высок,
А иногда и груб
Голос мой – голос вывесок
И водосточных труб.

Вечер накроет скоро дом,
Окнами свет дробя.
Можно я буду городом,
Чтобы обнять тебя?

 

[Greshnik A]

Утренний кофейный поцелуй
Нежной бабочкой упал на губы.
Слов не надо… Помолчи…Не сдуй…
И не притворяйся, что ты — грубый.
Вместе таем, словно рафинад…
Поцелуй всё слаще, слаще, слаще…
И не притворяйся, что не рад —
Я же знаю, как ты любишь сласти…
Утренний кофейный поцелуй
С тонкой нотой очень пьяной вишни…
Утренний горячий поцелуй
Никогда не будет третьим лишним.