Презентуем свои достоинства. Оцените мой член. Гетеро
- Автор темы artemavd
- Дата начала
очень красивый член, и волосатость то, что надо)
Это же сколько см длины у вас забирает такая накопленная "подушка" на лобке...Дебютирую)
так и просится взлететь в ночи... или просто в ручки, губы, губки)Ночной вариант)
"Похоже, мой голод ничем не утолить…" Задумчиво пробормотал прекрасный Sunrise, собираясь идти в душ и глядя на свой бодро торчащий член. Тут из пустоты он услышал звонкий смех. "Стоит утолить голод, как тут же подступает жажда!.."Похоже, мой голод ничем не утолить…
Мужчина мог поклясться, что чувствовал теперь горячее дыхание рядом со своим ухом: "А жажда делает человека настоящим безумцем..."
Он умыл лицо холодной водой. Не выспался? Почудилось? Он было успокоился, но увидел на белом фаянсе раковины длинный рыжий волос. Взяться ему там было решительно неоткуда. К нему прижались сзади. Невидимая, она оглаживала его ладошками по торсу. А потом призрачные пальцы обхватили член и через считанные минуты он кончал с приглушенным стоном, не успев даже подумать кто это, как и почему...
"Это голод..." Он открыл глаза и увидел в зеркале её отражение, чертовка ухмылялась и облизывала пальцы, испачканные его спермой. Он повернулся. Женщина, пленяющая очарованием порока и свежая как дыхание весны, стояла перед ним в бесстыдной наготе, но как только он схватил её и притянул к себе за талию - взвилась как робкая, испуганная антилопа... Он прижался к ней всем телом. "Тссс... Попалась..." - прошептал он ей на ушко. Прошёлся поцелуями от мочки по всей шее. Ладони его с несвойственным нахальством и небрежностью ощупывали грудь, живот, бедра, ягодицы. Взгляд её излучал такую невинность и разнузданность, насмешливость и покорность, что хотелось её уничтожить. "А это жажда... " - промурчала она и опустилась на колени.
Провела по безупречным косым мышцам его живота языком... Так медленно и чувственно, что у него перехватило дыхание. А потом по члену и яйцам. Мягко и дразняще. Нежно. Неторопливо. Возбуждаясь от ощущения напряжения, твердости, пульсации. И от того как нетерпеливо его руки легли на её голову и притянули ближе... Ладони скользнули по медным локонам, схватили за затылок и уверенно толкнули её голову вперед. Чтобы насадить глубоко. До упора. И замереть так. Её пальцы сжали бедра, то ли от желания, то ли от накатившей паники, что нечем дышать. Он брал её и наблюдал как в уголках болотно-зелёных глаз появляются слёзки.
А потом так же за волосы отстранил её от своего члена и наклонился, чтобы потрогать между ног, ощутить какая она мокрая. Затем он провёл пальцами в соках по её губам, схватил за подбородок и поцеловал... Толкнул прямо на пол, навалился, уперся членом во внутреннюю часть бедра и не входил. Она выгибалась и льнула к нему... И по её ягодице сладко и нетерпеливо поползла капелька смазки, сорвав с губ стон. "Это жажда..." - прошептал он ехидно... И вошел очень медленно. Очень. Невыносимо. И двигался очень медленно. Вышел мееедленно полностью и резко вошел до упора. Замер, мееедленно вышел и резко до упора вошел... И снова, и снова... А потом его глаза стали стеклянными и ни медленно, ни нежно он уже не мог. Только резко. Бешено. Больно. Сжимая её лебяжью шейку ладонью... Хватая её лицо и заставляя смотреть на него, наблюдая как глаза её бессильно закатываются. Упиваясь тем как она дрожит под ним всем телом, вскрикивая, задыхаясь и кусая его плечо.
"Это голод..." Он открыл глаза и увидел в зеркале её отражение, чертовка ухмылялась и облизывала пальцы, испачканные его спермой. Он повернулся. Женщина, пленяющая очарованием порока и свежая как дыхание весны, стояла перед ним в бесстыдной наготе, но как только он схватил её и притянул к себе за талию - взвилась как робкая, испуганная антилопа... Он прижался к ней всем телом. "Тссс... Попалась..." - прошептал он ей на ушко. Прошёлся поцелуями от мочки по всей шее. Ладони его с несвойственным нахальством и небрежностью ощупывали грудь, живот, бедра, ягодицы. Взгляд её излучал такую невинность и разнузданность, насмешливость и покорность, что хотелось её уничтожить. "А это жажда... " - промурчала она и опустилась на колени.
Провела по безупречным косым мышцам его живота языком... Так медленно и чувственно, что у него перехватило дыхание. А потом по члену и яйцам. Мягко и дразняще. Нежно. Неторопливо. Возбуждаясь от ощущения напряжения, твердости, пульсации. И от того как нетерпеливо его руки легли на её голову и притянули ближе... Ладони скользнули по медным локонам, схватили за затылок и уверенно толкнули её голову вперед. Чтобы насадить глубоко. До упора. И замереть так. Её пальцы сжали бедра, то ли от желания, то ли от накатившей паники, что нечем дышать. Он брал её и наблюдал как в уголках болотно-зелёных глаз появляются слёзки.
А потом так же за волосы отстранил её от своего члена и наклонился, чтобы потрогать между ног, ощутить какая она мокрая. Затем он провёл пальцами в соках по её губам, схватил за подбородок и поцеловал... Толкнул прямо на пол, навалился, уперся членом во внутреннюю часть бедра и не входил. Она выгибалась и льнула к нему... И по её ягодице сладко и нетерпеливо поползла капелька смазки, сорвав с губ стон. "Это жажда..." - прошептал он ехидно... И вошел очень медленно. Очень. Невыносимо. И двигался очень медленно. Вышел мееедленно полностью и резко вошел до упора. Замер, мееедленно вышел и резко до упора вошел... И снова, и снова... А потом его глаза стали стеклянными и ни медленно, ни нежно он уже не мог. Только резко. Бешено. Больно. Сжимая её лебяжью шейку ладонью... Хватая её лицо и заставляя смотреть на него, наблюдая как глаза её бессильно закатываются. Упиваясь тем как она дрожит под ним всем телом, вскрикивая, задыхаясь и кусая его плечо.
Последнее редактирование:
Просто нет слов… лишь только желание овладеть Вами в этом параллельном измерении, где наши необузданные фантазии обретают форму. Позвольте взять Вас за руку и отвести в мой тёмный мир чувственных наслаждений, моя дорогая Жара"Похоже, мой голод ничем не утолить…" Задумчиво пробормотал прекрасный Sunrise, собираясь идти в душ и глядя на свой бодро торчащий член. Тут из пустоты он услышал звонкий смех. "Стоит утолить голод, как тут же подступает жажда!.."
Мужчина мог поклясться, что чувствовал теперь горячее дыхание рядом со своим ухом: "А жажда делает человека настоящим безумцем..."
Он умыл лицо холодной водой. Не выспался? Почудилось? Он было успокоился, но увидел на белом фаянсе раковины длинный рыжий волос. Взяться ему там было решительно неоткуда. К нему прижались сзади. Невидимая, она оглаживала его ладошками по торсу. А потом призрачные пальцы обхватили член и через считанные минуты он кончал с приглушенным стоном, не успев даже подумать кто это, как и почему...
"Это голод..." Он открыл глаза и увидел в зеркале её отражение, чертовка ухмылялась и облизывала пальцы, испачканные его спермой. Он повернулся. Женщина, пленяющая очарованием порока и свежая как дыхание весны, стояла перед ним в бесстыдной наготе, но как только он схватил её и притянул к себе за талию - взвилась как робкая, испуганная антилопа... Он прижался к ней всем телом. "Тссс... Попалась..." - прошептал он ей на ушко. Прошёлся поцелуями от мочки по всей шее. Ладони его с несвойственным нахальством и небрежностью ощупывали грудь, живот, бедра, ягодицы. Взгляд её излучал такую невинность и разнузданность, насмешливость и покорность, что хотелось её уничтожить. "А это жажда... " - промурчала она и опустилась на колени.
Провела по безупречным косым мышцам его живота языком... Так медленно и чувственно, что у него перехватило дыхание. А потом по члену и яйцам. Мягко и дразняще. Нежно. Неторопливо. Возбуждаясь от ощущения напряжения, твердости, пульсации. И от того как нетерпеливо его руки легли на её голову и притянули ближе... Ладони скользнули по медным локонам, схватили за затылок и уверенно толкнули её голову вперед. Чтобы насадить глубоко. До упора. И замереть так. Её пальцы сжали бедра, то ли от желания, то ли от накатившей паники, что нечем дышать. Он брал её и наблюдал как в уголках болотно-зелёных глаз появляются слёзки.
А потом так же за волосы отстранил её от своего члена и наклонился, чтобы потрогать между ног, ощутить какая она мокрая. Затем он провёл пальцами в соках по её губам, схватил за подбородок и поцеловал... Толкнул прямо на пол, навалился, уперся членом во внутреннюю часть бедра и не входил. Она выгибалась и льнула к нему... И по её ягодице сладко и нетерпеливо поползла капелька смазки, сорвав с губ стон. "Это жажда..." - прошептал он ехидно... И вошел очень медленно. Очень. Невыносимо. И двигался очень медленно. Вышел мееедленно полностью и резко вошел до упора. Замер, мееедленно вышел и резко до упора вошел... И снова, и снова... А потом его глаза стали стеклянными и ни медленно, ни нежно он уже не мог. Только резко. Бешено. Больно. Сжимая её лебяжью шейку ладонью... Хватая её лицо и заставляя смотреть на него, наблюдая как глаза её бессильно закатываются. Упиваясь тем как она дрожит под ним всем телом, вскрикивая, задыхаясь и кусая его плечо.
Это была настоящая животная страсть, граничащая с сатанинской похотью. Чем громче она стонала, тем напористее и жёстче он проникал в её пылающее лоно, буквально лишаясь рассудка. Покидая тот призрачный отель он знал, чувствовал, что так просто она его не отпустит. Он уже был отмечен её чёрной меткой. Как же сильно он хотел её ещё с той ночи, когда она самозабвенно ласкала себя так чувственно и бесстыдно, пробуждая в нём дикое желание. Той ночью, стоя в полумраке тесной комнатушки, визуализируя образ рыжеволосой чертовки, и удовлетворяя себя рукой, он уже изменил своей невесте. Это была измена на ментальном и духовном плане.
Терзало ли его чувство вины? Нет… скорее, он жалел о том, что ему тогда так и не хватило смелости овладеть хозяйкой. Расплачиваясь с хозяйкой утром, прежде чем отправиться на встречу своей судьбе (о которой он никогда не просил), он уже мысленно срывал с неё платье, оголив мягкие, сочные груди, и осыпая их страстными, жаркими поцелуями, прикусывая соски. И вот теперь он всецело ощущал её физически. Брал её резко и грубо, как самец берёт самку. Словно все потаённые желания и фантазии, что дремали в нём долгое время, наконец смогли найти выход… трансформируясь в дьявольский огонь, которым он наполнял свою любовницу, имени которой он даже не знал.
«Жарко… жарко…» – шептал он ей на ушко, пока её острые коготки больно впивались в его упругие ягодицы. «Зови меня Жара.» – шептала она ему в ответ, пока их губы вновь не сомкнулись в глубоком поцелуе. В момент накатившего на него предоргазменного блаженства, в его памяти вновь всплыло лицо невесты – тихой и скромной дочери купца, на которой его хотели насильно женить. И сам факт измены возбудил его ещё сильнее.
«К чёрту всё!» – выпалил он в порыве страсти. В этот момент он окончательно понял, что лишь его истинные желания – единственное, что имеет значение. И никакие обеты, клятвы, семейные или религиозные традиции, не властны над его необузданным внутренним огнём. За ней он готов был пойти хоть в Преисподнюю, отрекаясь от света мироздания, прекрасно осознавая, что ему не спастись. Их возбуждённые, разгорячённые тела тесно переплетались, словно стебли ядовитого плюща. Ещё мгновение и он с животным рыком неистово кончал в неё… она чувствовала внутри себя его твёрдый горячий член, мощными потоками извергающий в неё лаву страсти, пока их грешные души сгорали дочерна в прожорливом адском пламени.
Терзало ли его чувство вины? Нет… скорее, он жалел о том, что ему тогда так и не хватило смелости овладеть хозяйкой. Расплачиваясь с хозяйкой утром, прежде чем отправиться на встречу своей судьбе (о которой он никогда не просил), он уже мысленно срывал с неё платье, оголив мягкие, сочные груди, и осыпая их страстными, жаркими поцелуями, прикусывая соски. И вот теперь он всецело ощущал её физически. Брал её резко и грубо, как самец берёт самку. Словно все потаённые желания и фантазии, что дремали в нём долгое время, наконец смогли найти выход… трансформируясь в дьявольский огонь, которым он наполнял свою любовницу, имени которой он даже не знал.
«Жарко… жарко…» – шептал он ей на ушко, пока её острые коготки больно впивались в его упругие ягодицы. «Зови меня Жара.» – шептала она ему в ответ, пока их губы вновь не сомкнулись в глубоком поцелуе. В момент накатившего на него предоргазменного блаженства, в его памяти вновь всплыло лицо невесты – тихой и скромной дочери купца, на которой его хотели насильно женить. И сам факт измены возбудил его ещё сильнее.
«К чёрту всё!» – выпалил он в порыве страсти. В этот момент он окончательно понял, что лишь его истинные желания – единственное, что имеет значение. И никакие обеты, клятвы, семейные или религиозные традиции, не властны над его необузданным внутренним огнём. За ней он готов был пойти хоть в Преисподнюю, отрекаясь от света мироздания, прекрасно осознавая, что ему не спастись. Их возбуждённые, разгорячённые тела тесно переплетались, словно стебли ядовитого плюща. Ещё мгновение и он с животным рыком неистово кончал в неё… она чувствовала внутри себя его твёрдый горячий член, мощными потоками извергающий в неё лаву страсти, пока их грешные души сгорали дочерна в прожорливом адском пламени.
Последнее редактирование:
Поздним вечером, когда просто хочется любви… 
Миленько)Поздним вечером, когда просто хочется любви…
Надеюсь, любви ему часто перепадает, очень хорош))Поздним вечером, когда просто хочется любви…
Шикарен!Поздним вечером, когда просто хочется любви…
Последняя лучшая)
Хорошо сжали яйца, засмотрелась)
С этим можно только поздравить))Полон сил и энергии!
И полюбоваться)
